Колотое стекло под ногами

Участник с острым подбородком нервно завозился на стуле:

– Да что лясы точить, когда все понятно? Давайте голосовать!

Поднявшись с места, Сургенев пальцами узкой ладони тронул очки:

– У кого-нибудь еще вопросы или другие мнения имеются? – спросил негромко. – Если нет новых предложений, будем голосовать.

Большинством голосов положительное решение было принято. Когда члены правления вышли из кабинета, Дуковский преданно посмотрел на Сургенева:

– Начинаем действовать, Петр? – торжественным голосом произнес он.

 – Решение на руках!

– С максимальной осторожностью, Яков, с осторожностью, – проговорил тот, чувствуя удовлетворение решением.

Внутренняя строгая атмосфера кабинета Сургенева не располагала к болтовне, разглагольствованию, посторонним разговорам. Всякий, кто заходил сюда, всегда старался быть предельно кратким и понятным. Петру нравилось это, он не любил, когда в делах лили воду из пустого в порожнее. Дуковский тоже не был любителем точить лясы и разводить болтологию, хотя покрасоваться был не против, чтобы услышать очередную похвалу.

Крякнув довольно в ответ, Яков потер руки, обнажил в улыбке верхний ряд зубов:

– Я пойду, Петр. Кажется, на горизонте замаячила новая информация. Мой человек просит встречи.

Движением руки Сургенев погасил его улыбку, приподнял брови над оправой очков, ничего не говоря, посмотрел требовательно и по этому взгляду Дуковский уловил, что надо начинать действовать, что, несмотря ни на какие трудности, решение должно быть осуществлено.

4

После похорон Даршина, Корозов не стал терять время.

Поехал к брату покойного, Аркадию. Глеб хорошо знал, что тот был единственным наследником Василия. Так сложилась жизнь Даршина, что он не обзавелся семьей. Мать одна вытянула двоих ребят, выучила их и, надорвавшись, рано умерла. Братья остались вдвоем. Один ушел в науку, другой – в бизнес. Глеб и Аркадий знали друг друга, но не настолько, чтобы быть на дружеской ноге. Это с Василием у Корозова сложились хорошие отношения, а Аркадий всегда был далек от бизнеса, и потому с ним у Глеба было лишь шапочное знакомство. Так – здравствуй и прощай.

Между Василием и Аркадием разница в три года. Аркадий был младшим. Василий при жизни, как старший, постоянно опекал Аркадия. Со стороны казалось, будто постоянно вел его на поводке. А младший, словно во всем старался подражать старшему. Он, как и старший брат, был холост, как и старший брат, был увлечен своим делом, и как Василий, был влюбчив, и любил женщин.