Тревожное торжество

Ехать в одном салоне рядом с этой женщиной было куда приятнее, нежели тащиться следом на машине. И он не стал возражать, только задал вопрос:

– А где ваш муж?

– А он нужен вам сейчас? – продолжала улыбаться она. – Ведь вы условились встретиться с ним завтра.

Конечно, ее муж сейчас не нужен был Хавину. Он и завтра ему был не нужен, потому что Павел чувствовал, что его проект не имел перспективы в этом городке, и связывать себя с таким проектом Хавин не собирался. Только непонятно было, куда вдруг исчез Аспенский.

А Вероника будто уловила мысли Павла и, когда тот сел в салон рядом с нею, пояснила:

– У него разболелся желудок. Ему совсем нельзя пить. Я уговорила его поехать домой. А сама покажу вам дорогу к загородному дому. Не опасайтесь, не заблудимся. А после ваш водитель отвезет меня назад. Вы ведь не станете возражать.

Хавин успокоено кивнул:

– Конечно, не стану, Вероника.

– Вот и хорошо, Павел, вот и хорошо.

Хавин испытал приятное удовлетворение от того, что ее мужа не будет рядом.

Подумал, как все странно, но ведь он сам согласился с этой странной затеей скрыться от Истровской. Вероника тронула его руку:

– Так мы едем, Павел, или вы раздумываете?

Хавин встрепенулся. Водитель получил команду, и машина медленно тронулась с места.

Торжество продолжалось, но Алла стала поглядывать на часы. Исчезновение Аспенских неприятно поразило. Она стала нервничать. Бросила своего партнера посередине танца и выскочила на улицу. Во дворе было пусто. Выглянула за калитку.

Автомобиля Аспенских нет. Досадное подозрение кольнуло душу. Сзади донеслись шаги. Оглянулась, увидала Адаевского, визгливо накинулась на него:

– Где Хавин?

– Уехал.

– В гостиницу?

– Естественно.

Алла поморщилась:

– А где Аспенские?

– Не доложились.

– Ты с женой провожал их. Не скрывай, Анатолий.

– Ты что, Алла, с цепи сорвалась? Мы Павла проводили, а Аспенских я не видел.

– Не ври мне, Анатолий!

– Нет, ты точно с цепи сорвалась. Зачем они тебе? Ну, нету и нету.

Иди в дом.

– Отвяжись от меня, Адаевский! Надоел! Все ваши морды наскучили!

Торжество для Истровской потеряло всякий интерес. Смотреть на лица, которое тысячу раз видела, стало тошно. Ею овладела интрига, связанная с Хавиным и Аспенскими. Она хлопнула калиткой перед носом Анатолия и метнулась к своей машине. Проехала по деревенской темной улочке к дороге. Мысли о Павле возбуждали.

Алла была красивой женщиной, вокруг нее всегда было много мужчин, желавших ее.