Проект «Оазис»

Ответ прозвучал предельно кратко: Салман воскликнул что-то шипящее и грозное, из чего Виталий уловил только «…шайтан!», и тут же выстрелил короткой очередью от дверей в Хасана. Пули вспороли бок и живот, Хасан переломился пополам и упал к ногам Тахира. И тут же голова Тахира дёрнулась, середина лба провалилась чёрной дырой, а на стене осьминогом расплылось ярко-алое пятно.

«Снайпер!» – мелькнула догадка у Виталия. Тахир ударился о стену затылком и ничком повалился вперёд, причём автомат из его рук выпал и прокатился по гладкому полу прямо под ноги Виталия.

Рефлекторно он схватил «Узи» и взглянул на Салмана. В это время по стеклу двери защёлкали пули полицейских снайперов, выцеливая второго террориста. На пол брызнули осколки стекла и щепки дверного косяка. Посетители кафе завизжали в ужасе и стали прятаться под столы. Салман присел, меняя позицию и отодвигаясь в безопасную зону за дверной проём. Когда он снова взглянул в сторону подельника, то увидел ствол автомата в руках Виталия, направленный ему в лицо. Виталий нажал на спуск, но… выстрела не последовало.

«Что за чёрт?! Да где же тут предохранитель?!» – судорожно соображал Виталий. Наконец он нащупал нужную кнопку и толкнул её вверх. Увы, этого промедления оказалось достаточно, чтобы Салман выстрелил первым. Но перед тем самым мигом, когда его палец привёл в действие смертельный металл, Юля шатнулась вперёд и заслонила собой Виталия. Короткая очередь ударила ей в грудь, и тут же Виталий, уже ни о чём не думая, не хоронясь, вопя в голос что-то дикое, первобытное, встал в полный рост и выпустил всю обойму в Салмана.

И наступила абсолютная тишина. В синем дыму у дверей корчился, сучил ногами в предсмертной агонии Салман, а на столе лежала Юля лицом вниз. Со столешницы медленно и страшно капала её кровь…

Глава 2. Кнут и пряник

«Почему я?.. Почему Юля?.. За что, зачем нам это?.. В чём смысл её смерти? В чём смысл нашей жизни?.. Куда это всё катится?.. Для чего Богу всё это надо?.. Есть ли Он?.

.»

Эти и множество других, не менее оригинальных вопросов Виталий задавал себе сотни, тысячи раз, пока месяц лежал в парижском госпитале, а потом ещё месяц ходил с гипсом на левом плече в Москве. В Юлю попали четыре пули, две из них, как сказал врач, были смертельными. Пуля, пробившая сердце, прошла навылет под Юлиной лопаткой и раздробила Виталию ключицу, остановившись в миллиметре от сонной артерии. Ещё одна пробила мягкие ткани его левого предплечья.