ОДИНЖ. Книга I. Пособие по выживанию для Бессмертных…

Или все-таки мне не дают это сделать?

Бросаю бессильный взгляд на край крыши, – не знаю парень, где ты так нагрешил…

– «Нагрешил»?!!

Похоже, я произнес это вслух. Перевожу изумленный взгляд на карлика и понимаю, – угадал. Козлиная бородка дернулась, послышался противный скрип зубов, золотые глаза с неприязнью прожигают цепляющегося за жизнь человечка.

– Исра, – ну ка быстро ближайшую сводку вероятности для объекта! – Карлик смотрит исподлобья, беззвучно шевелит толстыми губами. – Не тяни кота за лапку, поверь, теперь я сумею повесить на тебя эту смерть.

– Сам догадался?

– Неважно! Озвучивай…

Карлик с надеждой глянул в сторону скрипнувшего парапета, но тот все еще удерживал худенького паренька от первого и последнего полета. Так не пойдет…

– Взываю к Тебе ВЛА…

– ЛАДНО!! – Резко прерывает карлик. Вся его горбатая фигура, словно еще больше осунулась, даже крючковатый нос казался понурым. – Если он упадет сейчас, то с вероятностью в девяносто девять процентов попадет из распреда в рай.

– И?.. Договаривай скорее.

– Его довели до присутствия на этой крыше, но о самоубийстве он не помышлял. – Наконец сдался Исра. – Но именно из-за визита сюда его жизненный путь должен прерваться. Кто-то некорректно считал эмоциональное состояние и подал заявку на вмешательство первой степени, с возможностью продления жизни объекту, а другой кретин эту заявку одобрил. Праздники, чтоб их… – Прошептал карлик и забормотал что-то совсем невнятное себе под нос

– Кто-то?

– Ну – я! – Крикнул наставник.

С досады плюнул против ветра, ругнулся и вытер рукавом лицо. – Но не наше это дело. Если сейчас все оставим как есть, взыскания не будет. А тебя никто не будет доставать в положенные сорок дней, – тебя ведь это интересует?!?

– Меня интересует, чего ты так трясешься и почему даже не пытаешься дать мне шанс его спасти!

– Да потому, что ему суждено сегодня умереть, дубина!! – Рявкнул наставник, подпрыгнув на кривых ножках. – Ему некуда продлевать жизнь, – дальше этой крыши ее просто нет!

– Тогда зачем поводок, к чему этот цирк, если его все равно не спасти? Не юли, мое терпение не резиновое.

– Его нельзя спаса… нельзя спасти, – угрюмо пробубнил наставник, наблюдая за краем крыши.

– Нельзя – что?

– Пойми, – вкрадчиво начал он, заискивающе заглядывая в глаза. – Ему времени отмерено лишь по сегодняшнее число, – до этого он мог помереть множество раз, но сейчас должен обязательно.