Девочка с косой и другие ужасные истории

Это бабушка топала то правой, то левой ногой, норовя растоптать внука. И растоптала бы, если б к Тимычу не пришла спасительная мысль: забраться на стену. Бабушке ведь высоко ногу не поднять – она же не балерина.

Тимыч подскочил к стене и понесся вверх.

Бумканье-бомканье сразу же прекратилось. Тимыч хотел уже остановиться и отдышаться. Но не тут-то было.

ХЛОП!.. ШЛЕП!.. – раздались хлопки и шлепки. Оказывается, бабушка схватила мухобойку и теперь пыталась размазать внука по стене.

«Бли-и-ин!» – в смятении петлял Тимыч, как заяц, чтоб затруднить бабушке прицельный удар… И было ему яснее ясного, что бабушка не будет вот так до бесконечности мазать, а рано или поздно попадет точно в цель.

«Надо прыгать!» – принял решение Тимыч. И – прыгнул. Да так удачно, что угодил прямехонько в щель между двумя паркетинами. Ура-а!.. Здесь-то уж бабулька не достанет его ни тапкой, ни мухобойкой.

И тут вдруг – ХРРРЯСЬ! – что-то блестящее воткнулось рядом с Тимычем. И еще раз – ХРРРЯСЬ!

– Ну, сейчас ты у меня попляшешь, милок, – грохотала бабушка, тыкая в щель острием ножниц.

Тимычу ничего другого не оставалось, как опять спасаться бегством. Он выскочил из щели и помчался. Примчался на кухню и юркнул между мойкой и посудным столом.

Только теперь, – оказавшись в тараканьей «шкуре», – Тимыч ощутил всю гнусность людей по отношению к тараканам. К этим, в сущности, безобидным существам. Они ведь не сосут у человека кровь, как наглые комары; и не лезут людям в рот, как назойливые мухи… Нет, тараканчики вообще стараются не попадаться на людские глаза.

И вот ведь какая мерзкая человеческая натура: заметив таракана, человек, не раздумывая – БАМ! – его тапкой или еще чем-нибудь, что по?д руку подвернется. «Вот гады!» – подумал Тимыч про людей, забыв на секундочку, что и он был недавно человеком.

А сон между тем продолжал продолжаться. «Да и сон ли это?» – начинал уже сомневаться Тимыч, поводя усиками туда-сюда. Левый усик нащупал капельку сметаны.

Тимыч тотчас набросился на эту капельку, но любимая сметанка показалась противной-препротивной. Зато заплесневелая крошка от вареного горошка, валявшаяся здесь же, Тимычу пришлась по вкусу. Получалось, что у него еще и вкус изменился.

«Нет, это не сон, – сделал печальный вывод Тимыч. – Я действительно превратился в таракана». А раз так, то прощайте любимые блины. И любимый велик тоже прощай. Прощай компик, прощай басик… И здравствуй, новая жизнь. Тараканья.