Подводные волки

Небольшая резиновая лодка была наполнена воздухом и покачивалась рядом, прижатая волной к борту. Команда матросов во главе со штабсобербоцманом готовилась к большому представлению. Врачи спешно переодевали трех молодых мужчин в морскую униформу. Все трое почти не подавали признаков жизни.

– Это они? – поинтересовался командир.

– Они, – кивнул один из врачей.

– Спят?

– Да, и очень крепко. Двое уже не проснутся, а третий выживет, но никогда и ничего не скажет.

– Уверены?

– Абсолютно.

Вы же успели с ним познакомиться, не так ли?

Да, капитан-лейтенанту «посчастливилось» увидеть этого несчастного, когда врачи вели его под руки на борт субмарины. Кажется, его отыскали в ближайшем концлагере. Этот тип и до введения специальных препаратов выглядел лишенным воли, слабоумным, а уж после обработки, скорее всего, и говорить не сможет.

Много странностей было и в подготовке к будущему походу.

К примеру, командование приказало уменьшить боезапас торпед с двадцати трех до двенадцати, а освободившееся пространство заняли большие банки с грунтовкой и краской, всевозможное снаряжение, стрелковое оружие и боеприпасы.

Весь экипаж переодели в новенькую форму, выдав к тому же по комплекту теплого альпийского (!) обмундирования.

Хайнц Мор не раз обращался за разъяснениями той или иной нестандартной ситуации к командующему флотилией, но тот и сам не владел информацией. Он лишь скрупулезно выполнял приказы и распоряжения адмиралов Кригсмарине.

А за двое суток до выхода в море началась загрузка продуктов. Матросы таскали ящики и коробки до тех пор, пока в отсеках практически не осталось свободного места. Помимо замороженного мяса, свежих фруктов, соков, овощей и яиц, на борт загрузили огромное количество консервов, макаронных изделий, галет, разнообразных круп, чая, кофе, шнапса, сигарет…

Кок команды – низкорослый гаупт-ефрейтор Бауэр – недоумевал:

– Не понимаю! Я побывал в трех боевых походах.

Обычно запасались на двенадцать недель – это максимальная продолжительность похода, а тут провизии на целый год!..

Многого не понимал и командир подлодки. Впрочем, ровно за сутки до выхода из порта капитан-лейтенанта вызвали в берлинский штаб Кригсмарине, где в приватной беседе сам гросс-адмирал изложил суть сверхсекретного задания. А также предупредил о приезде контр-адмирала с двумя секретными пакетами.