Подводные волки

– Что это? Что за черт?! – обеспокоились зэки.

– Подлодка, – догадался Матвей.

– Наша?

– А чья же? – нашел он силы засмеяться. – Это же наше море! Наши территориальные воды!

– Значит, скоро согреемся, – прошептал дрожащими от холода губами молодой светловолосый парень.

– Спасены, – вторил другой.

Радостно закричали, замахали руками и многочисленные пассажиры шлюпки. И только Матвей, хорошенько приглядевшись к силуэту рубки, не выразил восторга…

Часть I

Открытие генерала Горчакова

Глава первая

Российская Федерация, Москва,

Лубянская площадь

Наше время

– Большинство друзей, Евгений, умирают еще при жизни.

Зато единицы выживших навсегда поселяются в сердце, – сказал на прощание босс, оформляя короткий отпуск, и отправился на шестидесятилетний юбилей к старому товарищу в Мурманск.

«Интересная мысль», – пожал я плечами и порадовался предстоящему отдыху от въедливой персоны моего престарелого начальника.

Звали его Сергей Сергеевич Горчаков.

Он долгое время руководил очень серьезным департаментом Федеральной службы безопасности и носил звание «генерал-лейтенант». Честно сказать, из-за пристрастия Горчакова к штатским костюмам генеральских погон на его плечах я не видел ни разу в жизни.

Увы, отдохнуть не довелось. Сизифов труд – пытаться расслабиться, если босс находится на одном с тобой континенте, да еще ближе тысячи морских миль.

Вскоре моя мобилка пронзительно заверещала, экран высветил ненавистный номер, а динамик вкрадчиво спросил зловещим тенорком:

– Соскучился?

Примерно так миллион лет назад спрашивал тираннозавр у загнанной и обессиленной жертвы.

Соврать не получилось:

– Нет.

– Вот как! Жаль… – В голосе старика послышалась обида, и я поспешил исправиться:

– Вас встретить?

– Не надо – уже подъезжаю к Лубянке. Загляни завтра утром. Есть небольшой разговор…

Вздохнув, я нажал «отбой».

Знал я эти «небольшие разговоры». Начнет за здравие, а в конце заставит жрать кутью…

– Однажды я сделал интересный вывод: любой символ технической победы Советского Союза, бережно сохраненный для потомков на постаменте или в музее, лучше тысячи слов говорит о величии ушедшей эпохи…

Было десять утра.

Мы сидели в кабинете Горчакова на Лубянской площади. Хозяин кабинета выглядел, как всегда, подтянутым, свежим, чисто выбритым. Одет он был в костюмчик замшелого советского интеллигента, пахнущий табаком и ядреной туалетной водичкой.