Наглая морда

Девица Варвара оказалась довольно молодой в свои семнадцать лет, пухленькой (видимо, потому и приглянулась знаменитому шахматисту), с курносым носиком пуговкой и ушками, как у мышонка. А глаза! Как у купчихи, которая сидит у самовара, пьет чай и лакомится сладкой помадкой. Нет, не красавица, но тоже ничего себе. Как я попал к ней в опочивальню? – это просто, но вам знать не следует, не положено. Я взял на себя роль доброго полицейского, это располагает жертву к откровенности, особенно, если перед этим над ней вдоволь поиздевался злой полицейский.

Действует безотказно.

– Я верю, искренне и безоглядно верю, что ваш папочка не имеет к отравлению вашего любимого человека, с которым вы уговорились бежать, никакого, ровным счетом, никакого отношения. Ведь так?

Ее зареванное личико, со струйками растекшейся по щекам туши, обратилось ко мне, как к спасителю.

– Я умоляю вас, отыщите убийцу. Я заплачу. У меня много денег.

– Деньги для меня не главное, мадемуазель. Истина, благородство, справедливость – вот что движет мною, когда я иду по следу преступника.

Поверьте, кем бы он ни был, ему не поздоровится после встречи со мной. Но скажите, вы не замечали в тот день ничего подозрительного? Возможно, у вас есть враги, и отравлением господина Дубакина они хотели вам досадить. Или же господин Дубакин, некоторым образом, сам дал повод к сией трагической развязке.

– Что вы, господь с вами. Станислав (с ударением на второй слог, как он себя представлял при знакомстве) честнейший и порядочнейший человек, каких нынче уже не встретишь, днем с огнем.

Кто мог затаить против него зло?

– Ну, чужая душа, как известно, потемки. А сами игроки? Вы их знаете?

– Папенькины давние знакомцы, не раз сиживали у нас за преферансом с рюмочкой. Благородные господа. Правда, один…

– Что один?

– Одного арбитр записал на сеанс в последний момент, когда Никитин захворал внезапно, а тот его подменил и сверх того внес изрядную сумму в призовой фонд.

– И как его имя?

– Странное какое-то имя, не наше, не русское.

То ли Леопольд Борисович, то ли Аристарх Николаевич.

– Спасибо, милая, это уже кое-что. Найдем и того, и другого, не сомневайтесь. Вы ручаетесь за отца, что он невиновен?

– Ручаюсь.

– Вот и славно.

– Так вы мне поможете?

– А вы верите, что тот молодой человек, которого арестовала полиция, имеет отношение к отравлению?

– Откуда же мне знать. Я с ним почти не знакома. Увидела впервые. На вид приличный.

– То-то и оно, что приличный.