Миражи Предзеркалья. Роман-мистерия. О лабиринтах и минотаврах плоти, разума и души

Когда оказался в части Дворца, отведённой Цеху Гора, понял: глазами Белого Йога наблюдаю видения, извлекаемые из памяти Агуары. А сам Агуара медитирует, расположившись в кресле дежурного по Арете.

Это Арета предложила посмотреть. Что-то важное… Громадное помещение, напоминающее главный зал Большого Театра в Москве. Зрительские места заполнены служителями Цеха Гора. Оказывается, у них – видно по одеяниям – столько высших чинов!

На сцене проводится ритуал под названием «Сброс излишней жестокости». Я о таком не слышал.

Жестокость бывает и излишней?

В программе – два акта.

Первый акт. На сцене дерево, почти лишённое листьев. На ветке застыл крупный хамелеон, напуганный непривычной обстановкой. К дереву подходят двое: жрец Цеха в красно-золотом и его ученик, юноша в скромной серой мешковине. Узнаю ученика – юный Агуара!

Хамелеон пытается отползти, но жрец простирает руку и животное замирает под магическим жестом. Ученик деревянной указкой щекочет голову хамелеона, тот раскрывает пасть, и Агуара всыпает в неё солидную для мелкой твари щепоть серого порошка.

Табак, понимаю я.

Хамелеон изгибается, меняет цвет. Из оранжевого становится зелёным, затем чёрным. Через конвульсии к животному приходит мучительная смерть.

Так вот как начинал свой путь к звёздам штурман Агуара!

Зрители наблюдают за ритуалом молча, степенно.

Второй акт. Сцена меняет обстановку на зимний пейзаж. Похоже на северное поселение в снежную зиму. Улица плотно укрыта снегом, домики дымят трубами.

На сей раз действующее лицо одно – повзрослевший Агуара, перешедший на другую ступень в иерархии. В руках его кошка. Он ставит её в снег, обкладывает им животное так, что снаружи остаются голова и хвост. Снег влажный, через минуту кошка не способна и шевельнуться. Агуара раскладывает под дёргающимся хвостом деревянную щепу и поджигает.

Огонь опаляет шерсть, по залу разносится запах горелой плоти. Кошка визжит от боли и беспомощности, зал взрывается диким хохотом.

Так они освобождаются от избытка жестокости? Я не выдерживаю и мысленно закрываю глаза.

Что можно предпринять? Или нужно? Скажем, совершить путешествие в раннее детство Агуары и оторвать ему голову? Тогда и будет снят слой жестокости с планеты. Разве что без ритуала.

Белый Йог смотрит на спящего в кресле Агуару. Смотрит с ненавистью. Он готов к действию, но не его время застыло внутри Ареты. Его время не здесь.

***

Персик и слива не говорят,

Много вёсен прожив.