Тайна Тавантин-Суйю. Научно-фантастический роман-предостережение

Резиновые секунды тянулись мучительно, не прерываясь. Наконец сплошное зеркало, готовящееся прикрыть Золотой квартал, раздробилось на мелкие кусочки и растворилось в незримой пустоте. Актёры собрались двумя кучками: у «Стрекозы» вице-консула и на перекрёстке у Храма Солнца. По выражению лиц некоторых можно судить: в следующий раз они ни за что не согласятся на участие в устрашающих экспериментах реконструктора-беспредельщика. О неопределённости дозы риска предупредили всех, но до этой минуты никто не верил, что голографический опыт с высокой энергетикой таит в себе опасность.

Гиллу ясно: если сегодня не получится, завтра он не наберёт команду. А если выйдет – птица Славы коснётся кончиками крыльев всех, кто посетил сегодня руины Коско.

Окинув взглядом пространство, увидел Иллариона: тот остановился перед западным домом Пача-Кутека, посмотрел на площадь, оглянулся на дом императора и быстрым шагом направился в Зону Реконструкции. Уверенно обойдя группу актёров, занял трон Инки, положил руки на подлокотники, вскинул голову.

Лицо его мгновенно преобразилось, повзрослело на несколько лет, глаза смотрят через прищур. Сейчас это лицо прямого наследника повелителя народа.

Никто ничего не понял, такое поведение сына постановщика Реконструкции могло быть и дополнением к сценарию, и необходимым экспромтом. Сам Гилл не знал, что предпринять – остановить процесс нельзя, а голос его мог нарушить едва установившееся равновесие между настоящим и прошлым. Он почувствовал на плече ладонь Гектора и прерывисто вздохнул от бессилия.

Где теперь проявится король, если место на троне занято? По замыслу там место призрака Хромотрона, готового при появлении короля мгновенно раствориться.

Ведь не могут они – король и Илларион – наложиться друг на друга, совместившись в одной точке! Интересно: инки-фантомы видят Иллариона, но считают его поведение нормальным. Неужели признали в нём принца, Инку королевской крови? Времена продолжают совмещаться, уже трудно отделить воссозданное от естественного.

Представление развивается, минуты идут, народ на площади волнуется – подданные Инков ожидают своего монарха. Преображение случилось в мгновение, оставшееся незамеченным не только для дирижёров и наблюдателей Реконструкции, но и для всевидящего Хромотрона. Сидящий на троне Илларион медленно встал и поднял руку, в которой оказалось копьё. Глаза его горят светом возмущения, лицо исказила гримаса недовольства.