Ошибка Фаэтона. Книга вторая. Звездная кара

– Доложу в Цитадель. Вам день отдыха и в поиск. Координаты объекта сообщу в момент отлёта…

Глава третья. Комитет Пятнадцати

ЗЕМЛЯ.

ЦИТАДЕЛЬ. ЗАЛ ЗАСЕДАНИЙ БОЛЬШОГО СОВЕТА

Трижды мигнул мягкий свет, источаемый веществом потолка и стен. Игорь Всеволодович Бортников погладил ладонями лысину и занял место председателя. Вырезанное из гранита кресло на ощупь показалось деревянным, но здесь осязание может обманывать. Как и зрение.

Надо сосредоточиться, Премьер Планетарного Правительства обязан соответствовать.

Он снова вздохнул, вспомнив годы заточения в Шамбале. Слишком быстрые перемены для сознания, отягощённого возрастом тела.

Члены Комитета Пятнадцати, мозг Правительства Земли, занимали места по правую руку, Верховные Исполнители – по левую. Десять из Пятнадцати – подростки, совсем мальчики. Как хочется увидеть их совершеннолетие…

Вице-премьер Демьян Прохоров, москвич-земляк, кивнул ему с юношеской открытой улыбкой и тут же перевёл взгляд на советника Эрланга. Кумир юных гениев, лишённых детства и юности, фаэт-революционер, человек-загадка! Равновесие цивилизаций держится на нём одном.

Остановив взгляд на ало-чёрной ленточке, перетянувшей лоб советника, Бортников поднялся.

– Начнём работу. Определяю направление мозгового штурма. Центральным аналитическим органом Земли стать мы смогли. Но исполнительная власть полупризрачна. Без силовой поддержки департаменты не имеют веса, распоряжения не выполняются. Давайте думать, как продвинуться вперёд.

Игорь Всеволодович сел и «услышал» приглашение Эрланга к закрытому обмену мыслями.

Эрланг-Кронин…

Леран Кронин отказался от поста Правителя Земли и Системы и вынудил принять эту должность Бортникова. Потом Леран нашёл Демьяна, потом собрал всех… И вручил им власть над людьми и фаэтами. Впрочем, кое-какую власть ребята уже имели.

«А вот мы рождаемся почти взрослыми, – остановил его размышления Эрланг, – Фаэты на Земле не имеют детства. Из нас никогда не получится Комитета Пятнадцати.

Стиль мышления не тот. Нет, Игорь, не то… У ребят нет определённого стиля, нет парадигмы, задающей ограничения».

«Самоорганизацию хаоса я воспринимал как нонсенс. Поначалу. Правда, альтернативы не было. Мы поверили, а они сделали. Минимум принуждения, максимум свободы. Свободы мысли и воли. А ведь они только начинают…»

«Не на пустом же месте. Мы сохранили каркас ООН, внедрив в него элементы военно-политических союзов и отдельных служб некоторых государств.