Ошибка Фаэтона. Книга первая. Цитадель

– Привет, ребята! А я уж думал, что потерял вас. Можно пришвартоваться? – Моряк занял стул, на котором недавно сидела «крошка» и обратился к Барту, – Сколько же мы не виделись? Помнишь?

Барт попытался напрячь память и неуверенно сказал:

– Конечно, помню. В порту? Недавно? В этом году?

– Ну как же! – рассмеялся моряк; лицо его излучало доброту и симпатию, – Мы тогда славно повеселились. А сегодня вы что-то скучаете.

Барт посмотрел на Лерана и понял, что придётся расстаться и с забытым им другом-приятелем, так же как с Крошкой.

Он налил моряку стакан, подвинул прибор и сказал:

– Извини, друг. У нас деловой разговор. Давай отметим встречу, а уж в воспоминания ударимся как-нибудь в другой раз.

– Хорошо. Я всё понял. Дело есть дело, – он опрокинул стакан одним глотком, даже не поморщившись, бросил в рот пальцами кусок холодного мяса и поднялся, – Но помните, если надо, я к вашим услугам.

Моряк располагающе улыбнулся и враскачку удалился к стойке, где стриптиз уже третий раз входил в заключительную фазу, приводящую прилипших к стойке крепко налитых зрителей в шумный восторг.

Эриксон некоторое время наблюдал за извивами тел на стойке бара, затем уткнулся взглядом в пустое дно стакана, молча долил остатки спиртного.

– Барт, ты член нашей семьи. Ты мой брат, – сказал Леран, наблюдая, как Эриксон вертит стакан в руках, – И если бы не ты, я не знаю, что со мной было бы. И со всеми нами. Но я никак не могу понять, что ты в жизни ценишь больше всего.

Мне это важно знать, потому что неясно, для чего я сам живу.

Барт грустно улыбнулся. Хмель перестал его брать, а разговор получался уж слишком сложным.

– Я в твои лета не спрашивал о таком. И теперь стараюсь не думать. Кто ответит на такой вопрос? Могу только признаться, что мне нравится более всего. Одновременное присутствие рядом нескольких вещей: хорошие люди, выпивка при нужде, хорошая закуска, а на десерт, – более-менее красивая девочка. Чернокрылую крошку мы проводили, придётся искать другую.

Как видишь, я не стремлюсь к каким-то высотам, к успеху…

– И когда всего этого нет, тебе плохо?

– Плохо? Бывает, что и плохо, – Барт усмехнулся, хотел было налить в стакан, но разочарованно отодвинул опустевшую бутылку, – Иногда так тянет, что… Вот с похмелья хочется женщину. До безумия тянет. В кровь вбрасывается столько тестостерона, что хоть на стену лезь. Есть ещё работа, она мне нравится, сам видишь.