Туманность. Книга первая. Миражи мира Яви

Говорит Эрвин неуверенно:

– Задача на самом деле становится общей? С вами какая-то надежда. Первопредки земных фаэтов начинали судьбу на одной из планет Сириуса. Звезда Эмме-йа толо, самая скромная. Красный гигант взорвался после убытия Фаэтона. И стал белым карликом размером с Землю. На Земле его почему-то называли «маленькое солнце женщин». Погибшие фаэты ушли со знанием. Не было традиции внешнего хранения информации. Вам будет интересно: у Эмме-йа толо было две планеты. А у планеты Фаэтон – две луны. Как у Илы-Аджалы…

Нур заинтересовался:

– В период своей зрелости земной я собирал многие знания.

Книга древних землян, «Ригведа», упоминает о трёх Землях, размещены которые одна в другой. Как такое возможно, мне непонятно. Иное видение, иная логика, иной контекст. Три… На одной есть фаэты, на другой – их нет. А что на третьей?

– А что, если третья – ваша Ила-Аджала? – задал неожиданный вопрос Демьян, оставивший близость к саркофагу ради жизненно важной темы, – Чем «выше», технологичнее цивилизация, тем она примитивнее.

К такому выводу я пришёл, обзаведясь сединой. Растёт зависимость от техники, собственного интеллекта для самоуправления недостаточно, лексикон схлопывается. И человеческие сообщества взрываются, подобно красным гигантам.

Сандр превратил глаза в амбразуры и спросил:

– Шамбала… Цитадель фаэтов действует? Имеет место быть?

Ответил Сандру Демьян, не посчитав нужным скрыть иронию:

– О, да! Мало того, возрождённые фаэтянки планируют создать новую Цитадель.

И подальше от Земли. Они считают, что корень всех их бед снаружи, а не внутри. Им недостаточно прошлых ошибок.

Он обернулся на саркофаг – рядом с ним устроились Малыш и Глафий – и успокоился. Нур спросил его:

– Ты считаешь, только Эрланг способен повернуть фаэтов на верный путь? Без него никак?

Демьян только вздохнул.

***

И тут обстановка кругом Нура, включая саркофаг, словно притухла, потеряла живость и насыщенность красок. Так бывало на полигоне Базы «Чандра».

А ещё – он ощутил близость Куратора лунного отряда. Ахияр… Неспроста! Ещё один знак.

Дуновение ирреальности быстро прошло. Никто его не заметил, даже айлы. И Нур, подавив вздох, продолжил беседу:

– Мы, айлы, не работаем с металлами. Нет нужды. Но знаем, как отличить один от другого. И – чем отличается металл от неметалла. И живое всегда опознаем. Брамфатура и фаэт Эрланг – жизнь. А саркофаг – мертвый сплав двух металлов с примесями-добавками.