Туманность. Книга первая. Миражи мира Яви

Откуда Демьян это знает? Отвернуться и ещё раз посмотреть!

Демьян обомлел: снова ни зеркала, ни туманного колодца! Мало того: на месте идеально отполированной поверхности развёрзся бесконечный провал, проходящий через каменное тело астероида. У провала нет дна. Искусственный свет не отражается от исчезнувшего зеркала, только звёзды – это непонятно. Но свет и не возвращается из чёрного ящика внутри астероида. Вдвойне загадочно!

В голове прояснилось, шум в эфире ушёл на дальний план. На его место пришли ритмичные, гортанные звуки.

Информация упорядоченная. Кто сейчас пытается говорить с ним, человеком Земли? На неизвестном ни землянам, ни фаэтам тонком уровне. Происходит почти так, как с фаэтом Ачено, занимавшемся изучением астероидов из группы «Бастион»,

***

Вершины пирамидок заискрили: пришла в действие скрытая в Колодце энергия. Обманное зеркало провала пошло мелкой рябью. Где сейчас первооткрыватель этого неземного чуда Денис Исидорович Салтыков, великий землянин, бывший главком войска фаэтов? Прошедшее обращается в легенды, Салтыков стар и немощен, не желает никаких встреч.

До него отсюда почти сто астрономических единиц в обычном пространстве. А во времени он – вовсе недостижим.

Сверкая складками-переливами одежды, Леда остановилась у края Колодца, прикипев взглядом к отрешённому лицу Эрланга. Картинка для комикса: обтянутая невесомой тканью живая фигурка с открытой головой на фоне безвоздушного космоса! Жутко…

– Поставим саркофаг в геометрический центр между пирамидками, – предложил Демьян, проглотив комок, перекрывший горло, – И будем в готовности.

«Надо бы переместить Юнивер поближе, – подумал он, – На всякий случай. Риск велик… Колодец может выдать любой сюрприз. А космос выглядит благоприятно».

Саркофаг соорудили из материала самой древней из найденных недавно виман. Ими пользовались люди забытых веков. Сплав лёгкий и прочный, секрет его потерян. Брахманда – кокон-аура Эрланга – вместе с саркофагом и на Земле почти ничего не весит.

Движения Леды и Эрвина замедленны, осторожны. Вот, саркофаг застыл на иновещественной глади. Из глубины, уходящей в неизвестность, к нему потянулись цветные жгуты нитей. Ничего больше тут не сделаешь, остаётся ждать. Ждать неожиданного…

Сюда бы одного из драконов, они помнят и любят Эрланга. Но их мало осталось, и все в депрессии, в своей долине. Фаэты разрабатывают планы самоспасения, им не до драконов. Вся Земля после Вторжения потеряла вкус к жизни.