Тайна янтарного амулета

 – Вот у моей матушки болят колени… Думаешь, помогают ей компрессы от старого Лаппе? Еле-еле! Но я сделаю янтарную мазь, мама будет перед сном втирать её в ноги – и все боли, вот увидишь, как рукой снимет!

– Какой ты заботливый, мой Йозеф… Но как же твои пациенты? На кого ты их оставишь?

– Мои помощники, Карл и Фридрих, прекрасно справятся без меня!

– А я по тебе буду скучать…, – женщина сделала вид, что готова задушить его своими

страстными объятиями и поцелуями…

– Не надо, милая Моника. Путешествие не займёт много времени.

Меня беспокоит другое: вдруг мне откажут? Мне ведь понадобится достаточно много янтаря, и, причём, разных сортов – жёлтого, белого, чёрного, голубого…

– А потом ты будешь занят работой… И забудешь про меня, – Моника вновь надула губки. Как хамелеон, она умела принимать разные цвета и формы, но при этом всегда оставаться очаровательной и желанной.

– Ну, что ты, работа приносит доход…, а также духовное удовлетворение от того, что ты помогаешь страждущим людям.

Тем, что благодаря тебе они вновь обретают здоровье… Ты же, дорогая, создана для любви. А без неё никто не может жить!

– Как ты красиво это сказал! – Моника прильнула к доктору.

– Йозеф!.. – послышался скрипучий старческий голос из соседней комнаты.

– Иду, матушка!

– Сынок, – пожаловалась доктору пожилая женщина, полулежащая на обитой кожей кушетке. – У меня опять кости ломит… Все суставы выкручивает… Наверное, к перемене погоды… Пошли кого-нибудь к Лаппе, сынок.

От его компрессов, хоть ненадолго, но становится легче…

– Хорошо, матушка, – ответил доктор, а про себя подумал: «Еду немедленно!»

Не прошло и часа, как доктор Мюнц переоделся в дорожное платье, прицепил к ремню шпагу, которой, кстати, неплохо владел, и уселся на запряжённого Мулата, молодого, энергичного жеребца. «В замке Гермау, – подумал Йозеф, – я буду часа через четыре!»

В среду, примерно в три часа пополудни 21 сентября 1650 года у ворот замка Гермав, который позже переименовали в Гермау, где размещался Янтарный суд, появился всадник.

Выглядел он не воинственно, а, скорее, напоминал государственного чиновника – шляпа, широкий плащ, ботфорты и шпага. Прибыл он издалека – его конь был в мыле. Всадник спешился, сделал несколько движений, разминая мышцы рук и спины, и направился к стражникам. По пути он косо взглянул на холм Гальгенберг – на его вершине стояла виселица, а на ней болтался достаточно «свежий» казнённый.