Дело сибирского душегуба

Знакомы, что ли?

– Нет, Виктор Анатольевич, просто полчаса назад мы столкнулись с вашим товарищем у крыльца управления, причем столкнулись без всяких фигуральностей…

Я рассказала печальную историю невезучей автолюбительницы. Все готовы ополчиться на бедную женщину. А он там стоял – да еще весь белый, блин. Виктор Анатольевич сделал страдальческую мину и схватился за голову.

– Молодец, Вахромеева, так держать, – простонал он. – Из всех машин на свете ты предпочла именно эту. Будешь восстанавливать, лично бегать по мастерским и договариваться с механиками.

Потрясающе, Вахромеева. Что ты за человек такой? Вот смотрю на тебя и не знаю, откуда ты нанесешь очередной удар.

«Есть одна задумка», – подумала я.

– Ты пойми, мы все находимся в заднице, – подполковник перешел с ругательств на почти нормальную речь. – Кровавый насильник-убийца надругался над внучкой председателя горисполкома. Это нормальная ситуация для промышленного города? В то время, когда все трудящиеся дружно строят социализм…

– Коммунизм, товарищ подполковник, – скромно поправила я.

 – Социализм уже построили, – хотела добавить «с божьей помощью», но постеснялась.

– Да какая разница? – рассердился Хатынский. – Снова ты, Вахромеева, умнее всех. Элементарных вещей не понимаешь? Нас же размажут! Не свое начальство, так краевое! Дружить надо с этими залетными, в рот им смотреть, а не тачки их курочить!

– Может, лучше преступление раскрыть? – осторожно спросила я.

– Это тоже, – отмахнулся Хатынский и вымучил несчастную улыбку: – Ты как, вообще, Вахромеева? С настроением, вижу, проблемы, цвет лица – нездоровый.

Ты точно в строю?

– В строю, Виктор Анатольевич. Не спрашивайте каждые полчаса.

– Подожди, а что хотела-то? – вспомнил Хатынский. – Рассказать, как ты доблестно долбанула «копейку» Туманова?

– Поговорить надо, Виктор Анатольевич. Пока наедине. Потребуется полчаса как минимум. И отнеситесь к этому серьезно.

– Замечательно, Вахромеева, – всплеснул руками Хатынский. – Подумаешь, полчаса рабочего времени.

Ну давай, что там у тебя наболело? Пять минут уже прошло. Подожди… ты беременна?

Далась им всем моя беременность!

– Я не беременна, Виктор Анатольевич. Даже больше скажу, я развожусь со своим мужем. Но и это не имеет отношения к разговору.

– Знаешь, Рита Павловна, мы еще не начали разговор, а ты меня уже убила, – уныло заметил Хатынский.

«О, вы еще не знаете, что будет дальше», – подумала я.

Повествование прерывалось дважды.