Короли городских окраин

Такое положение дел необыкновенно тяготило паренька, но недовольство он на одноклассниках не проявлял. И вдруг – ком промокашки в спину.

Коля отпросился в туалет и вышел в коридор. Тишина неприятно надавила на уши. До звонка оставалось около пятнадцати минут. Он направился к лестнице и поднялся на третий этаж. Недалеко от кабинета химии была ниша, в которой стояло знамя школы. Ярким кроваво-алым пятном оно полыхало на фоне скучно-зеленых, выкрашенных масляной краской стен. Если хочешь что-то спрятать, положи это на самом виду.

Николай хотел спрятаться сам. Он шагнул вглубь ниши и замер, прикрывшись кумачом.

Вскоре прозвенел звонок. Из дверей горохом высыпались шумные ученики. Пожарский дождался, пока потянулись с урока химии старшеклассники – его бывшие одноклассники.

У Коли защемило сердце. Они учились вместе еще в прошлой жизни, до войны. Когда можно было радоваться каждому новому дню. Когда уроки были трудными, а перемены интересными. До его взрослой безрадостной жизни на заводе. И конечно, до нынешнего, еще более безрадостного постыдного обучения с мелюзгой.

Миша Заворотнюк, Егор Григорьев, Андрей Держинога… После них из класса стали выходить девушки. Оля Гладкова что-то с упоением рассказывала неизменной, с первого класса, подруге Наде. Коля проводил ее взглядом. Ему нравилась Оля в той жизни, когда еще можно было влюбляться. Наконец, чуть пришаркивая ногами, из дверей вывалился худой и нескладный Альберт Судорогин.

Николай тихо свистнул. Альберт вздрогнул и повернулся на звук.

Близоруко прищурился и, узнав друга, задержался у знамени, поджидая, пока одноклассники пройдут мимо.

Коля кивнул в сторону лестницы. Альберт без слов понял, и они с сосредоточенными лицами, словно занятые каким-то важным поручением, спустились вниз. Вышли во двор и повернули за угол школы. Прошли к мастерским, задняя стена которых густо поросла кустарником. Спрятались, присели на корточки. Коля достал подаренную Давилкой пачку папирос, протянул другу. Альберт взял сразу две.

Одну аккуратно, с некоторым трепетом, спрятал в нагрудный карман рубашки, а вторую прикурил. Николай тоже затянулся.

Какое-то время курили молча.

– Плохи у тебя дела, – первым заговорил Альберт, как обычно догадавшись еще до начала разговора, о чем хочет спросить его Коля. – Вся школа знает о твоем отце. Возмущены до предела. «Немцем» тебя окрестили. Привыкай к новой кличке.

– Почему «Немцем»? – удивился Коля.

Альберт внимательно посмотрел на него.