Зловещий трофей

Находился в собственности генерал-полковника ВВС Гуляева Николая Дмитриевича. После его смерти перешел в собственность вдовы генерала – Гуляевой Дарьи Давыдовны. Номерной знак… Адрес… – внимательно читал Старцев. – Годится. Давай следующий…

– Второй «Хорьх» привезен из прифронтовой зоны в конце сорок четвертого года в качестве трофея и передан в распоряжение гаража Московского городского комитета ВКП(б).

– Так, понял. С этим тоже вопросов не будет – съездишь и проверишь его наличие и состояние. А что с третьим?

– Третий самый свежий – прибыл в Москву на грузовой платформе товарного состава незадолго до окончания войны, – пояснил Васильков.

 – Владелец – инвалид. Тут его краткие данные.

Ознакомившись с третьим владельцем, Иван Харитонович кивнул:

– Отлично, Саня. Теперь, не откладывая в долгий ящик, надо взять служебную машину и разобраться с каждым из трех «Хорьхов».

– Да я хоть сейчас!

– Если хочешь, составлю тебе компанию, ребята тут и без меня справятся.

– Конечно! – обрадовался Васильков.

Он хорошо справился с первым заданием, но для самостоятельного расследования опыта еще не хватало.

* * *

Дарья Давыдовна Гуляева постоянно проживала на даче в подмосковной Баковке. Уютное, спокойное и вполне себе удобное местечко. С севера огромный лесной массив, от которого вечерами тянуло свежестью и ароматами лиственных деревьев. С юга – пруды и знаменитый дачный поселок литераторов Переделкино. Тут тебе и железнодорожная станция, и асфальтовое шоссе, и все необходимые магазины.

И до западной столичной окраины при случае недалеко добираться – всего-то с десяток километров.

Испросив в гараже служебную «эмку», фронтовые друзья расположились на ее заднем сиденье и тронулись в путь. Ехать предстояло около часа.

Пожилой водитель глядел на дорогу, крутил баранку, а иногда, забывшись, напевал под нос знакомую песенку из репертуара Леонида Утесова. Через опущенные стекла в кабину врывался горячий ветер. Иван зажал коленками свою трость и покручивал ее, о чем-то размышляя.

Александр смолил беломорину и дивился превратностям судьбы, благодаря которым друзья вновь повстречались уже в мирной жизни.

Иван начал войну в артиллерии, после тяжелого ранения под Москвой попал в пехоту; за смекалку и отвагу был переведен в разведку, где и познакомился с Васильковым. Летом 1943 года разведгруппа возвращалась с задания, долго ползли через минное поле. По плоской местности шарили прожектора, сзади постреливали немецкие пулеметы.