Не буди лихо

Хочешь из меня козу отпущения сделать, семью мою разрушить, зачем?

– Да или нет? Не намерена сопли тебе подтирать. Так или иначе, я своего проверю, а ты по миру пойдёшь.

– Иди, проспись.

– Деньги. Деньги давай. Прямо сейчас.

– Нет у меня денег.

– Зато есть кое-что другое. Терять тебе по большому счёту нечего… кроме невинности, которая давным-давно утрачена. Соглашайся.

– На что именно толкаешь, не пойму? Не ожидала от тебя такой подлости.

– Радиком моим брезгуешь, или залететь боишься?

– Что я тебе сделала, Ирку попроси, она безотказная, тем более холостая, от интимного приключения никогда не откажется.

– Что я, дура по-твоему – сор из избы выносить? Мы подруги, тебе я как себе могу довериться.

– Были, Лёлечка, подругами, были. До сегодняшнего разговора. Или приговора. С какой стороны посмотреть на твою провокацию.

Свету трясло. Она уже слов не находила. Но деньги большие. Отдать их быстро невозможно. Голова шла кругом.

Нет выхода, нет! Нужно постараться спустить проблему на тормозах.

Чем сильнее она напрягала мозги в поисках выхода из патовой ситуации, тем больше понимала, что угодила в капкан. Вот что значит заёмные деньги. Всё – никаких долгов, никаких кредитов. Жить на свои надо.

– Звони, – сказала Лёлька, подавая телефон.

– Что я скажу?

– Говори, что помощь нужна, вопрос, мол, интимный. Обратиться, мол, кроме тебя не к кому. Поверит, никуда не денется. Уж я-то его как облупленного знаю.

– Если знаешь, какого чёрта проверять вздумала?

– Не твоего ума дело.

Света пригласила Радика в кафе в восемь часов вечера. Надела самое откровенное платье. Руки и ноги дрожали.

Сидела в ожидании минут двадцать, нервничала. Выпила три больших бокала вина для храбрости.

Радика не было.

Сердце начало успокаиваться – не придёт.

Вот и хорошо!

Но он явился, и это круто меняло дело. Город маленький: в одном конце чихни – в другом здравия пожелают. А вдруг и правда клюнет, приставать начнёт!

Радион дружелюбно поздоровался, заказал две бутылки вина, горячую закуску.

– Вываливай свою интимную проблему. Если деньги нужны – я дам.

– Если бы…

Света, как требовалось по инструкции, составленной Лёлькой, подтянула подол почти до трусов, вульгарно раздвинула ноги, надела на лицо флиртующую улыбку. И вдруг пустила игривую слезу, начала жаловаться на мужа, будто не понимает, не любит, что страдает от одиночества, что хочется прислониться к кому-нибудь, а он такой хороший, такой милый.