Между прочим

Казалось бы, полчаса как расстались, а Григорий Иванович уже живёт томительным, волнующим предвкушением новой удивительной встречи.

Впереди дорога длиной в три сотни километров. Есть время помечтать.

С воображением он дружен, тем более теперь, когда судьба преподнесла столь щедрый подарок.

Катенька вдвое моложе.

Вдвое!

Есть, конечно, повод задуматься: кроме разницы в возрасте и разделяющего их нечаянную любовь расстояния есть негативные прочие непростые закавыки, осложняющие жизнь, но сейчас о них так не хочется думать.

Жена и две дочки. С ними он сросся воедино.

Разрубить этот узел будет ох как непросто.

Ладно, не стоит о грустном. Есть тема гораздо интереснее – милая, обаятельная, застенчивая и кроткая малышка Катенька. Она, всегда такая ласковая, энергичная и весёлая, с тоской и тревогой во взгляде прощалась с ним, словно боялась предательства.

Глупышка! Разве возможно отречься от чуда. Катенька такая нежная, такая застенчивая, ранимая.

Лиза поймёт, должна понять (она добрая), что разбрасываться настоящими чувствами в нашем возрасте, когда любовь, особенно такая трепетная – бесценный дар. У неё ведь всё есть, всё было. Пятнадцать лет дарили друг другу счастье. Никто не виноват, что чувства выцвели, что делиться  больше нечем.

Неужели не сумею найти убедительные слова? Мы всегда понимали друг друга с полуслова.

Григорий Иванович на мгновение усомнился в искренности и убедительности аргументов, которые мог предъявить, но Катенька, его Катенька – сокрушительное обоснование, самая весомая, самая неопровержимая причина необходимости пересмотреть жизненные стратегии.

Кто знает, сколько дней полноценного счастья отпущено каждому из нас. Нужно жить настоящим, которое никогда не повторяется.

Назойливые мысли усилием воли были почти отодвинуты на задний план, проскакивали лишь фоном, поскольку нет ничего важнее для человека, чем гармонизация отношений с самим собой. Принцип приоритетов никто не отменял.

Так уж бывает, так уж выходит: кто-то теряет, а кто-то находит. Так всегда. Лиза справится.

Григорий Иванович вытащил из бардачка шейный платок, который тайком позаимствовал у Катеньки как символ, как частичку магической гравитации, насыщающей его мужской силой в разлуке.