У случайностей в плену

Ууу! Что значит квиты? Я-то на самом деле не изменял, навыдумывал фигни всякой с целью проведения разведочных действий, а она, Лариска-то, на самом деле… вот ведь дрянь!

Есть, есть повод для развода, есть!

А квартира, а машина, а дети… какой к чёрту развод!

Узнал, твою маму, на свою голову! Оно тебе нужно было? Вот ведь идиот, право слово. Ну, гульнула баба мальца, что с того! Кто теперь на сторону не прыгает? Семья дороже.

– Ларис, а Ларис!

– Не подходи, поганец, убью! Век предательства не прощу.

На смертном одре вспоминать буду.

– Я это, того, пошутил. Наврал, хотел тебя проверить.

– Проверил! Отчаливай. С Эдькой жить буду. Он хотя бы честный. Не то, что ты.

– Ну да, ну да. Постель ещё не повод… самый честный, блин. При живой жене, точнее, с двумя жёнами. Конь, говоришь? Может, размер гривы покажешь? Хотя грива это про тебя. У него другие выдающиеся детали. Ларис, а сильно у него выдающиеся, докуда достают-то? Вот чего ты меня опять завела? Я ведь мириться пришёл.

Зуб даю, что соврал.

– Тогда или сейчас? Соврал-то, спрашиваю, когда? А то, что у Светки шрам в паху и родинка на правой ягодице, аккурат там, где рассказал, тоже выдумал! Конечно, милый… не делай из меня идиотку. Есть… и шрам есть, и родинка. Небось перецеловал всю с ног до головы. И эту тоже, через которую дети вылазят, язычищем вылизал. Вот как я тебе теперь доверять смогу? У-у-у гадость патлатая!

– Это же просто, Ларис. Мы летом на пляже вместе отдыхали. Она в бикини была.

Всё же видно, кроме того, что под треугольником. Вы же, бабы, дуры набитые, норовите всю внутренность потенциальному потребителю предъявить.

– Ах, вот мы, значит, какие? Развратные, похотливые, бесстыжие. А вы, мужики, образец чистоплотности и целомудрия. Нигде у вас ничего не видно, только топорщится. Вы нам, мы вам. Квиты. Только у нас есть, на что приятно посмотреть, что с удовольствием потрогать можно. А у вас-то… ой-ой, без слёз не взглянешь, висит чёрт-те что, тряпочка… тьфу!

– Понятно, а у вас не висят, болтаются.

По стойке смирно, когда в собачьей позиции стоите, а снизу призывно ягодка наливается: сорви меня, добрый молодец, только не подавись. Я ведь не спрашиваю, откуда ты знаешь, что у Эдьки одно яичко длиннее другого.

– Любовница твоя рассказала. Кстати, и о том, что шесть часов кряду может, тоже она. А ещё… ладно, не важно, проехали. Мириться он, видите ли, пришёл. Так и мирись, не хами. Ягодки.