S-T-I-K-S. Лучник (свежак)

После того как Лика попросила вернуть ей оружие и получила пистолет и штурмовую винтовку с боеприпасами, жизнь её повисла на кончиках когтей, спрятанных в мягких лапах боевого охранного модуля имперского егеря.

Глава 3

Наутро Лике стало хуже – появился жар, и пришлось ставить ещё пару капельниц и обкалывать девушку её любимой наркотой. Поэтому завтрак получился скомканным и уже через четверть часа Лика уснула.

Платон же напротив чувствовал себя значительно лучше, чем в предыдущие дни. От усталости не осталось и следа, голова не болела и была ясной, пропали боли в суставах и даже имплантаты конечностей не доставляли никаких неудобств.

Фантастика, да и только. Единственное – пить всё время хотелось, да вспотел, как будто опять в пустыне Сахаре побывал, но всё всегда хорошо не бывает. Это отставной гранд-прапорщик крепко усвоил. Обязательно какая-нибудь бяка откуда-то вылезет.

То, что Платон на улице вчера выгрузил, он давно в ангар перегрузил. Вот только внешник так и валялся в кустах у озера – егерь его туда оттащил, чтобы не мешался под ногами.

Скафандр-то с него Платон так и не снял – и так ноги под вечер едва таскал.

Лика уже давно спала, а внешника Платон решил оставить на вечер. В скафандре ничего с ним не случится, а протухнет, так скафандр не только внешнюю среду туда не пускает. Оттуда тоже запахи не пробиваются, а потом его можно продезинфицировать и проветрить. Ведь как-то эта инопланетная шкурка должна открываться?

Словом, загрузились они с Тигром в экраноплан, оставили Шушу на хозяйстве, она как раз в кустики сквозанула по своим естественным надобностям, и опять в четыре машины рванули к разгромленному каравану.

Что Платона дёрнуло ещё издали поле боя осмотреть? Привычка, наверное. Между машинами мельтешили какие-то фигурки. Издали на людей похожие, но не люди, как оказалось чуть позже. Совсем не люди.

Платон ошибку совершил – на подлёте глушилку не включил и фигурки рассыпались и попрятались. Кто в кустах, кто за машинами затаился, а один вообще в кузов грузовика запрыгнул.

Ну, а раз они уже засекли экраноплан, то и бегать от них смысла никакого не было, и Платон с маха посадил свою летающую вереницу, метров пятьдесят не долетев до самой крайней сгоревшей машины, бывшей в своей прошлой жизни иностранным внедорожником.

Опасаться было нечего – бронирование разведывательного экраноплана легко держало пули любого известного отставному гранд-прапорщику стрелкового оружия. Тут-то они на Платона и накинулись.