В любви то радостно, то больно

С ней Венька хочет засыпать, с ней просыпаться: сегодня, завтра, всегда. Женщина, с которой даже через много десятков лет, когда доживёт до маразма и болезней можно не бояться будущего.

Не верит Венька, что всех порядочных баб как горячие пирожки давно разобрали. Быть такого не может. Действовать нужно, искать. Что толку от пустых страданий!

Вот только где искать: в интернете, на улице, в парке, в театре, на выставке картин, где!

Где скрываются, где обитают целомудренные душой и телом Артемиды, Афины и Гестии, Modus vivendi которых не похож на коктейль или винегрет из вульгарных страстей.

Где  женщины, лишённые отвратительных желаний, порочных и безнравственных привычек, безпринципной похоти, зависти и лжи?

Сайты знакомств, коучи и тренинги отпали сами собой. Стоило только окунуться в эту сомнительную среду, в которой как рыбы в воде плавали лишь охотники мимолётных утех без тормозов и обязательств и их потенциальные жертвы обоего пола.

Учить и переучивать Веньку – необходимости нет.

Он созрел для жизни, для настоящих отношений, для трудного счастья, которое можно не в лотерею выиграть, а заслужить личным участием.

Лиза! Лиза – это отдельная тема. Он всегда чувствовал в этой женщине изъян, червоточинку, но она мать, хоть и с маленькой буквы. У них общие дети, несущие в своих генах смешанную информацию, полученную от её и его предков. Разорвать родственную связь, слишком прочную, применить для этого грубую силу, не хватало духа.

Лиза с первого дня играла Венькой, как кошка мышкой.

Её ловкие пальчики и сладкие губы хозяйничали в душе и на теле супруга, ласкали податливые душевные струны, входили в резонанс с его чувствительным существом, вибрирующим от нежных прикосновений. В такие мгновения она была царицей желаний и богиней страстей.

Сколько ни пытался Венька определить своё к ней отношения, даже после чудовищных ссор, ему нечего было предъявить этой женщине, пока она не перешла окончательного границы приличий, пока окончательно не убедился в том, что Афродита одна, а желающих пить из её недр божественный нектар и терзать податливую плоть – тьма тьмущая.

Быть одним из многих, делиться с кем попало, Венька не мог и не хотел. Не мог и всё!

Он бы Лизу не выгнал, так бы и жили. Спать бы с ней не стал, доверять не смог, а жить… пожалуй, да, пока дети не выбрали бы свой личный путь и не выпорхнули из гнезда.

Дети ни в чём не виноваты! Ради них можно вынести даже предательство.