Пятьдесят оттенков хаки

 – Порадовали вы старика своим дипломным проектом, – он сел и всмотрелся в листы перед собой. – Золотая медаль дает вам право выбирать место службы. Куда поедем, товарищ лейтенант?

– На космодром, товарищ генерал.

– А зачем же ты училище с медалью заканчивал, если просишься в такую глушь? – не смог скрыть удивления генерал.

– Там ракеты взлетают чуть ли не каждый день. Да и квартиру дают сразу. А у меня семья, сыну уже почти два года.

– Когда же ты все успел? – усмехнулся в усы председатель, вышел из-за стола и снова пожал Андрею руку.

 – Рад за твоих будущих командиров. Знаю, не подведешь! – он посмотрел выпускнику в глаза. – Пожалуй, ты прав. На космодром не едут дети академиков и маршалов, министров и деятелей культуры. Там служат такие, как ты, парни из простых семей. Люди, которые с детства привыкли трудиться и смыслом своей жизни видят добросовестное исполнение служебных обязанностей. За вас не хлопочут высокопоставленные родители, а грядущие успехи – это по крупицам собранные знания, навыки и умения. Удачи тебе, лейтенант. Надеюсь, когда-нибудь свидимся.

Не догуляв первый офицерский отпуск, Андрей вместе с семьей в числе первых прибыл на космодром, надеясь без суеты и спешки решить актуальный жилищный вопрос. Каково же было его удивление, когда у здания с табличкой «КЭУ» первым он встретил курящего Куримова. Иван держался надменно и самоуверенно. При виде сокурсника он снисходительно усмехнулся и панибратски хлопнул Андрея по плечу:

– Привет отличникам!

– Привет, – «не замечая» протянутой руки, Тополевский присел и стал перевязывать шнурки.

– Стоило ли пять лет пахать на одни пятерки, чтобы вместе с троечниками тянуть одну и ту же лямку, – загородил вход Куримов.

– Я приехал служить и в бурлаки не записывался! – Андрей решительно отодвинул сокурсника и направился внутрь.

– Так ведь мы все служить приехали, – догоняя, напомнил Иван. – Кстати, можешь меня поздравить, я женился.

– Сочувствую, – иронично хмыкнул офицер. – Москвичка?

– Вот еще, – не уловив подвоха в его тоне, буркнул Куримов.

 – Надежда – моя одноклассница, из нашего села. Деревенские, знаешь ли, надежнее, – уверенно констатировал он и с особой значимостью уточнил: – Передовик производства, лучшая доярка.

– Из скольких?

– Что? – не понял Иван.

– Сколько их всего было?

– Кого? – растерялся Куримов.

– Доярок.

– Не знаю… – растерялся однокашник, забегая вперед. – Кстати, я узнал, жилье будут давать «с подселением».