Блики солнца в преисподней

– Для начала – как твоё имя?

– Милкопоксена. Запишите для памяти и дайте пройти.

Куроедов схватил её за руку.

– Хватит мне мозги парить!

– Дарья Николаевна, к вам пристают? – послышался голос Лёни Рюмина, который только что с Гулей Шариповой закончил уборку свинства, устроенного десятым «Б» в кабинете биологии.

Зеленые глаза Даши холодно смотрели в лицо назойливому поклоннику.

– Отпусти руку, скунс! – проговорила она.

– Двигай в машину! – прошипел Куроедов. Вокруг его тела образовалась чуть заметная серая дымка.

Лёня Рюмин браво предложил:

– Дать ему в рыло, Дарья Николаевна?

Гуля спрашивать не стала, она врезала портфелем Куроедову по запястью. Куроедов уронил цветы и в бешенстве потянулся рукой к Гулиной шее. Рука словно удлинилась…

Тут Светлана Сычова в эффектном прыжке протаранила Куроедова ногой в грудь.

– К кому цепляешься, гнида! – проорала она.

Куроедов опрокинулся на спину. То есть не совсем опрокинулся, так как ступни его ног прочно стояли на земле.

Он лишь прогнулся, едва не коснувшись асфальта затылком, и распрямился, как упругий бамбук. Выглядело это ошеломляюще, все замерли, словно в ступоре. Судя по выражению лица Куроедова, он и сам от себя подобного не ожидал.

Первой опомнилась Даша. Приобняв обалдевших Лёню и Гулю, она прошептала:

– Дуйте отсюда, чтоб пятки сверкали.

Но ребята не двигались.

Меж тем, пришедший в себя Куроедов со стремительностью кобры метнулся в сторону Светланы. Момент, однако, был упущен: Светлана выхватила пистолет.

– Иди сюда, сволочь! – поманила она пальцем. – Дай мне повод! Это будет самооборона при свидетелях!

Куроедов притормозил, будто наткнулся на стену. Лицо его побледнело.

– Сычиха, без глупостей, – пробормотал он. – Разойдёмся по углам.

Светлана держала его под прицелом.

– Сперва ответь, – сказала она, – чем Волобуев тебе помешал? Знал много?

Куроедов как под гипнозом, смотрел в дуло «макарова».

– Не понимаю, о чём ты. Ремонтируюсь у него иногда… И что с того?

– Тогда почему ты с ним так поступил?

Дрожащей рукой Куроедов достал сигареты и зажигалку.

Светлана ему не препятствовала.

– Никак я не поступал. Убери пушку.

– Уберу, когда ответишь: зачем?

Куроедов закурил. Белки его глаз стали утрачивать красноту.

– Не понимаю, о чём ты, – повторил он, выдыхая дым через ноздри.

Тем временем Глеб, сидя в автомобиле гаишников, следил за происходящим, готовый вмешаться в любой момент.