Монах

Рабочих рук для такой ручной работы явно не хватало. Председатель колхоза вынужден был ходить по домам, правдами и неправдами агитировать людей выйти на работу для оказания колхозу помощи. Зарплатой завлечь людей он не мог. Приходилось давить на сознание и обещать помощь от колхоза в случае необходимости. А необходимость такая возникала, причём, часто. Надо подвезти дрова, кому-то выделить участок для заготовки корма своей скотине, заготовить дрова для школы, магазина, клуба, детского сада. Всех работников этих заведений председатель колхоза в период отпусков приглашал на субботники для заготовки кормов для колхоза.

Не все люди охотно соглашались, но все в итоге отрабатывали свою трудовую повинность.

Сейчас в этой бригаде из пятнадцати человек колхозников насчитывалось только трое. Остальные члены бригады, её костяк, как раз из приглашённых людей на этот субботник, а субботники иной раз объявлялись несколько дней подряд, пока стояла сухая погода.

Мефодий, пока обедал, видел заинтересованные взгляды, но старался свой взгляд ни на ком не задерживать и особо не разговаривать.

Изучать людей, считал он, не имело никакого смысла. Они с Севериной здесь люди случайные и временные, приехали и уехали. Учить незнакомых людей или что-то им советовать, которых они совсем не знают, некорректно и непозволительно. А ловить взгляды женщин при Северине, с которой он вместе жил несколько лет, совсем скверно и противоречит его правилам, сложившимся за последние годы.

«Хотят на меня смотреть, пусть смотрят!» – думал он, – «До дыр не проглядят.

В конце концов, я такой же человек из плоти и крови, во мне ничего особенного нет».

Бригадир спросил:

– Тебе, Мефодий, помощь не потребуется? Справишься?

Он пронзил бригадира своим взглядом и ответил:

– Я, как все, обойдусь без помощников и привилегий, к работе привычен.

– Ну-ну, – сказал бригадир, – Тем лучше. Это хорошо, когда каждый знает своё дело. После обеда переходи на другое место и начинай новый объект, а, если не успеешь, ничего страшного, заверши то, что успеешь.

– Я понял. Паренька гонять не буду, как работали, так и будем работать.

После обеда люди развалились прямо на лугу возле становища, чувствуя навалившуюся усталость и взявшуюся откуда-то после сытного обеда сонливость. Ровно через один час все встали и пошли по рабочим местам продолжать изнурительную работу. Мальчишки пошли отвязывать своих лошадей, пообедавших свежей и густой травой, росшей вблизи кустов.