Северина

– А я Иван.

– Я знаю.

– Какое странное имя…

– Ничего странного, зато редкое, – похвасталась Северина.

– Редкое – это точно. Ну, так что, едем?

– Едем!

Иван оттолкнул лодку и легко запрыгнул сам.

– А где вещи? – спросила Северина.

– У меня нет вещей. Чайник и котелок в лесу, а я приехал налегке.

– Как же Вы тут жили?

– Давай на «ты»?

– Давай. Вы, то есть ты не ответил на мой вопрос.

– Я так привык. Выходные – у меня разгрузочные дни.

– А остальные загрузочные? – хитро прищурившись, спросила Северина.

– Это как, загрузочные?

– Я видела, в каком состоянии ты был, когда приехал.

– Ты в этом смысле. Нет, просто получилось стечение обстоятельств.

– Разве есть такие обстоятельства, чтобы быть похожим на…? – она запнулась, подбирая нужное слово.

– На свинью? – помог ей Иван, – Разве по мне это было заметно?

– А то!

В этот раз на вёслах сидел Иван. У него не получалось грести так же умело, как у Северины, но грёб он уверенно. Северина подправляла с кормы курс палкой.

Они за разговорами не обратили внимания, что опять выглянуло солнце. Облака из серых стали превращаться в белые. Они, как белые лебеди, плыли величаво по небу. Только иногда проплывала тёмная туча, которая брызгала дождиком.

– Табань! Разогнался. Ты мне всех щук распугаешь! – распорядилась Северина.

Они подъехали к очередному кусту. Повезло и на этот раз: опять на крючке сидела щука. Рыбина оказалась приличного размера. Иван прилагал значительные усилия, чтобы подтянуть её к лодке.

Щука вынужденно открыла огромную пасть, утыканную мелкими зубами. Они оба ринулись к борту, чуть не опрокинув лодку. Северина вовремя отпрянула, уступив право вытащить рыбу мужчине. Но и мужчина не сразу вытянул щуку в лодку. Она изрядно над ним поиздевалась, успев садануть по лицу хвостом и оцарапав зубами руку. Наконец, она заняла место среди другой добычи. Они вытащили ещё две рыбины и поехали на стоянку. Прицепив лодку к дереву, рыбаки направились по тропинке к дому. Северина шла впереди, а Иван нёс улов и спиннинг, любуясь сзади её почти идеальной фигурой.

– Не разглядывай меня, до дыр просмотришь, – не оборачиваясь, сказала Северина.

– Нет, до дыр не буду, – ответил Иван, удивляясь её проницательности, – Разве чувствуешь мой взгляд?

– Я не только чувствую, я вижу всё, что ты делаешь – это называется третий глаз.

– Не дай Бог иметь такую жену – не даст проходу, если всё видит.