След Бремера

Отец жив, теперь в этом нет сомнений, и он зовет в экспедицию. Ноланд пробежал глазами последний абзац письма. Намеки явно по поводу сейфа – это не шкаф для документов, не пустышка, не бессмысленный антиквариат – там действительно нечто особенное, что отец просит сохранить в тайне. Но что подразумевается далее?

Уютная комната из умиротворяющей стала тревожной: шкаф с любимыми книгами, которые Ноланд перетаскал из отцовской библиотеки, широкий письменный стол, где он штудировал университетские учебники, а теперь рисует дилетантские, но дорогие сердцу картины, – все это придется оставить, чтобы отправиться в поход неведомо куда, неведомо зачем.

Впрочем, цель экспедиции Теодор не скрывал: вскрыть причины катастрофы, уничтожившей народ Кха и давшей начало Пятой эпохе. Благодаря катастрофе человечество сбросило рабское ярмо и обрело шанс построить новую цивилизацию. Сколько историков бралось разгадать так называемую Великую загадку Эпохи рока – никто не преуспел, и древние события стали почвой для паранаучных теорий и мистических толков.

Мысли путались. Ноланд хотел было открыть окошко, но вспомнил о необходимости делать вид, будто хозяев нет дома. Он налил из графина полстакана тоника и выпил. Горьковатый привкус хинина умерил пыл и отрезвил разум.

Ноланд скользнул взглядом по корешкам своих книг. Легенд, преданий и героических сказаний было больше, чем научных трудов. Исторические факты, как минералы – восхитительные, но неживые, а символы древних преданий живы и развиваются до сих пор, подобно тысячелетним деревьям.

С древнейших времен герои сражались за идеалы, являя человечеству образец доблести, воли и благочестия. Так они воплощали на земле учение о Пути. Путники считали этот мир лишь остановкой на пути к миру вечному. Жизнь со всеми радостями и печалями они воспринимали как испытание свыше – шанс проявить свои лучшие качества и снискать награду Властелина вселенной.

Теперь путники и герои остались в легендах. Ноланд читал о героях Четвертой и Третьей эпох и сожалел, что современность лишена подвигов и великих событий.

Одних лишь сказаний ему не хватало. Он оставался голодным, как если бы читал рецепты изысканных блюд, но не имел возможности их отведать. Наверное, поэтому он начал рисовать – чтобы воплотить свои грезы хоть как-то.