След Бремера

– Да, встретил его на лестнице. Я надеялся, что он останется с нами до последнего.

– Он и оставался до последнего… Из уважения к нашей фамилии старик полгода работал бесплатно. Но нельзя же и дальше так. Раньше я мог вычленить пару десятков талеров из оборота, но сейчас и этого нет. "Товары Бремера" безнадежно убыточны. Понятия не имею, как Теодор добивался прибыли.

– Ты ходил в банк?

– Кредитуюсь почти год. Это как раз одна из причин нашего разорения. Хитрые халиру умудряются взимать проценты даже с долгов, этот народец высасывает из людей деньги, как кровь.

 – Дядя открыл жестяную табакерку и покачал головой. – Уже трубку набить нечем. Я всерьез подумываю заложить свою долю особняка и тогда…

– Ни в коем случае! – воскликнул Ноланд. – Они устроят в холле букмекерскую контору, а комнаты сдадут луарским пижонам. Другие идеи есть?

– Пожалуй. Я сплю и вижу, как мы вскрываем сейф Теодора и находим там сотни, тысячи талеров! Там однозначно есть какие-то сбережения или ценности.

Ноланд замотал головой и отвел взгляд. Уставившись на темный провал камина в глубине кабинета, он медленно проговорил:

– Взломать отцовский сейф значит на деле подтвердить потерю надежды, что он жив. Но четыре года – не такой большой срок для экспедиции, он и раньше пропадал надолго. Давай повременим с сейфом. Я вот-вот получу диплом и смогу работать.

Затронув тему заработка, Ноланд чуть не поморщился от своей опрометчивости. Дядя Альфред не раз намекал на отсутствие серьезных денежных перспектив у выпускника исторического факультета.

Общество причисляет ученых к героям Новой эпохи, однако славы и богатства удостаиваются немногие и далеко не сразу. Сейчас дядя не стал поднимать больную тему и воскликнул:

– Да! С этими разговорами забыл, что сегодня у тебя выпускной экзамен. Не опаздываешь?

– Есть время позавтракать, но раз Вальтер ушел…

– Не проблема! Я открыл новый мешок с походными галетами, срок годности вышел, но плесени нет.

На кухне найдешь тоник. – Альфред улыбнулся. – Привыкай к жизни археолога.

Последняя фраза была сказана дружелюбно, однако от Ноланда не скрылась нотка иронии. Он не стал говорить вслух, что маленькая дядюшкина ирония теряется на фоне иронии самой жизни: именно галеты с тоником, которыми университет бесплатно и щедро снабжал студентов-археологов, спасали нынче семью Бремеров от жизни впроголодь.