Ковчег царя Айя. Роман-хроника

Именно она звала своего внука Кудеярушкой – непоседой, проказником. И позже, когда молодой князь Глинский уже стал опричником, до Государя доходили слухи, что кое-кто называл его так же, в шутку, не более. Но разве могло случиться, что эта юношеская кличка…

Вскоре пришли с Волги плохие новости. Разбойники под водительством Кудеяра совершали все более дерзкие нападения. Но изловить или хотя бы убить этого атамана никому не удавалось.

Дело было в том, что Кудеяр грабил только купцов, бояр и тех, кто преследовал воровских казаков.

Нередко он раздавал добытое на большой дороге добро казакам, которые не имели ни кола, ни двора. А с богатыми людьми поступал по-всякому: одних отпускал с Богом, почти ничего не взяв, а вот с другими мог и жестоко расправиться. Почему-то так случалось, что убивал он людей, как правило, злых, жестоких либо выслуживающихся перед царем. Но позже картина прояснилась: разбойники сознательно охотятся за лихими, нечестно нажившими состояние людьми.

С тех пор атаман Кудеяр стал считаться защитником бедных и несправедливо обиженных царской властью людей. Конечно, ему они помогали тоже, кто как мог. Когда истина дошла до сознания Государя, тот в негодовании воскликнул: «Вот ты кем обернулся, князь Глинский! Не ждал я от тебя такого». По всему выходило, что на Волге у Ивана Грозного образовался нарыв, который мог в любую минуту прорваться и повлечь за собой непредсказуемые последствия. Зная удаль, характер и силу воли Косьмы Алексеевича, царь мог представить, во что обернётся движение под водительством Кудеяра, вздумай тот обернуть свой взор не на царских людей, а на самого Государя.

И разверни тот свою деятельность не на Волге, а в Москве…

И хотя Кудеяр лишь разбойничал на большой дороге, не помышляя о большем, Иван Грозный отрядил значительные силы, дабы покончить с вожаком. Но Кудеяру, в который раз, удалось уйти. Вскоре он появился невдалеке от престольной, бравируя своей удалью и бесстрашием.

Потом, сказывали, перебрался на север, но видели его и в Киеве. Другие утверждали, будто ушел Кудеяр с Ермаком в Сибирь. Но неожиданно удалой атаман вновь объявился на Волге.

Там, где он появлялся (или имелось предположение, что может появиться), люди могли надеяться на справедливость. А царские слуги либо нечистые на руку купцы и даже воеводы предпочитали такие места покидать заблаговременно. Если, конечно, успевали.