Приказчик без головы

Александра Ильинична интерес Володи к инструментам одобряла и дружбе с дворником не препятствовала.

– Нет, не я! – всхлипывал младший. – Это Танька! Сказала, что сама молоток вернет.

– Ах ты дрянь! – Володя ринулся к сестре, но Дмитрий Данилович, которого надо было оббежать, преградил путь.

– Вернись на место! – повелел он строгим голосом. – А ты, Татьяна, будь добра объяснись!

– Фи! – девушка передернула плечами. – Почему сразу я? Мне что, делать нечего? Это Женька гвоздь вбил. Уже не знает, чем внимание Натальи Ивановны привлечь!

Евгений густо покраснел и выбежал из комнаты.

Несчастную Наталью Ивановну никто не хотел брать в услужение – чересчур уж молода и миловидна, матроны побаивались искушать собственных мужей. Александра Ильинична оказалась исключением. Не то чтоб чересчур доверяла Тарусову – вовсе нет! Просто считала, что подобные испытания должны происходить под ее контролем. Слава богу, Дмитрия Даниловича гувернантка не взволновала. А вот про шестнадцатилетнего сына Сашенька не подумала…

– Дурак набитый! – бросила вслед брату Татьяна.

– Ты тоже иди к себе! – строго приказала княгиня.

Конечно, Сашенька была обязана, отложив все, разобраться с отроческими выходками, но в доме гость… Да и отрубленная голова не давала покоя!

– Потерянный он. Сдавшийся! Смирившийся! – рассказывал о встрече с подзащитным Дмитрий Данилович. – Бубнит, словно заучил: «Убил из ревности, себя не помню». Подозреваю я, что покрывает кого-то!

– Кого? – навострила ушки Сашенька.

Кофе Клавдия Степановна подала в библиотеку. Мужчины курили, Сашенька вязала.

– Как кого? – переспросил Диди. – Жену, кого ж еще? За день до убийства у братьев случилась драка. Поводом послужили домогательства Сидора к Марусе!

– Маруся – жена Антипа? – догадался Прыжов.

– Да, – подтвердил Дмитрий Данилович. – Предполагаю следующее: на другой день после драки разгоряченный похотью Сидор заявился к ним в дом в отсутствие Антипа.

Катон Старший, как известно, бубнил свое «Carthago delenda est»[6 - Карфаген должен быть разрушен (лат.).], пока не убедил остальных сенаторов. Сашенька решила воспользоваться его тактикой и повторила вчерашний свой вопрос:

– А почему не закопал голову?

– Говорит, забыл про нее, – пожал плечами Диди.