Приказчик без головы

После одного из кавалеров (те у Поликсены Георгиевны не задерживались, каждого буквально сразу начинала подозревать в корысти) завелись клопы. Новомодные средства и переклейка обоев не помогли. Пришлось избавляться от мебели. Кровать, как главное обиталище мерзких тварей, сплавили несчастным Муравкиным.

– Отличная! – подтвердила Александра Ильинична.

Дышать приходилось через раз, форточки не спасали.

– Самое то! – Убедившись в выводах, Живолупова подмигнула: – Останетесь довольны. Дорого не запрошу: десять рубчиков в месяц.

Сашеньку мутило от запаха, но, продолжая игру, задумчиво протянула:

– Десять? Так дорого…

– Зато место тихое! Днем и вовсе никого. Жильцы по службам разбегаются. А семьям до вас дела нет. Коли боитесь, по очереди заходите! – поучающе посоветовала Живолупова.

– Я бюро хочу открыть! – напомнила Сашенька, но переубедить домовладелицу не получилось.

– А чтоб вам не мешали… ну-у-у, работать вам успешно, на окна портьеры пристройте. Темные! У меня после Дондрыкиной как раз такие остались.

Живолупова вела речь об аспидно-черных муаровых занавесках. Никто из жильцов подобную страсть на окна не желал. Даже Муравкины! Любая комната с этими портьерами превращалась в склеп.

– Я подумаю, – сказала Александра Ильинична, прохаживаясь по крошечной комнатке, и вдруг огорошила домовладелицу: – А правда, что здесь человеку голову отрубили?

«Вот мерзавец! – подумала Живолупова о Кутузове (так прозвали дворника из-за одноглазости).

Вслух же заверещала:

– Вранье! Вранье! Наглое вранье! Смотрите сами, ваше сиятельство, – кабы голову рубили, кровь на полу осталась бы! Так ведь?

– Не знаю, – пожала плечами Сашенька. – Мне рубить не доводилось.

– Как же? А петуху? – удивилась Поликсена Георгиевна и тут же ехидно улыбнулась: – Ну да, ну да, вы ж княгиня!

Сама Живолупова выросла в многодетной поповской семье, работу знала любую.

– Как Маруська съехала, послала я кухарку свою Нюрку уборку здесь учинить. А сама спустилась приглядеть. Нигде даже пятнышка не нашли. Богом клянусь!

– Странно!

Как-то у Тани носом кровь пошла. Девушка постеснялась признаться и залила паркет. Клавдия Степановна потом с большим трудом пятна вывела.

– Может, корыто подставляли?

– Какое корыто? Откуда у нищих корыто? – Поликсена Георгиевна упорству клиентки огорчилась.