Настенька

Вот тебе домашние шлёпанцы, – Иван дал ей обрезы от валенок, – Я ухожу. Меня звать Иван, а хозяйку Северина.

Иван проводил доктора и водителя до машины, сунув водителю в руки небольшой свёрток.

– Это увезёшь домой, – сказал он.

Водитель недоуменно на него посмотрел, но ничего не сказал.

Когда Иван пришёл, Люда немного освоилась. Поужинав, она раскладывала около Николая Николаевича шприцы, капельницы и прочую атрибутику.

– Завтра, Люда, тебе будет баня и, если хочешь, могу взять на рыбалку.

– Ой, как интересно! А я тоже буду удить?

– Нет, удить не будет никто, но рыба будет обязательно.

Всё увидишь! Проблема только в том, чтобы тебя одеть, но, я думаю, с этой проблемой разберёмся.

– Я приехала в одежде, – обиделась Люда.

– Ты неправильно поняла: одеть, значит, одеться тепло, чтобы не замёрзнуть и, чтобы никуда не попадал снег. Твои сапожки не годятся, найдём что-нибудь другое. Сейчас Северина покажет тебе, где будешь спать и можешь отдыхать. Рабочий день сегодня закончился.

– Мне надо сделать ещё один укол.

– Это ты знаешь сама, сама и регулируй, а я занесу дров на утро.

Пока они разговаривали, Северина помыла посуду и прибрала всё на столе. Она в разговор не вмешивалась, думая свою нескончаемую думу. Невесёлые мысли одолевали, гнездились в голове, мешая сосредоточится, но она была рада, что их одних в беде не оставили, помогают медики и даже горком партии. «Раньше бы эту помощь!» – думала она, – «Почему-то в то время всем заправлял Дерикуйко, а не горком партии. Может, конечно, горком был в курсе всех дел, только посчитал, что не надо вмешиваться.

Вот это невмешательство и довело до тюрьмы. Упекли невинного человека, ветерана войны и труда и никому не было до него дела! Все шагали к коммунизму, забыв про одного отдельного человека, который, не жалея жизни воевал за будущее страны и строительство коммунизма – это сильно коробит. За грандиозными планами и стройками как-то незаметен один человек, отдельная личность. И партия, и правительство видят светлое будущее в целом, без учёта личных интересов отдельных людей, тех, кто претворяет планы партии в жизнь».

Иван перебил её мысли:

– На сегодня всё, – сказал он, положив аккуратно дрова к печке, – Дрова и растопку приготовил.

– Отдыхай, – коротко ответила Северина, – Я тоже лягу спать. Люде постелено.

– Завтра оставайся с дедом, а я схожу к сеткам с Людой. Теперь я и сам научился их находить. Метели не было, должны остаться прошлые следы, а потом надо идти в лес.