На излёте

Последние слова по радио командира экипажа были – «Прыгать не могу, у меня на борту шестеро пацанов», – и, мгновением позже, – «Прощайте, мужики!»

Так, выполнив поставленную ему задачу, вместе с несколькими своими бойцами и героическим экипажем вертолета погиб Володя Малевич, офицер советского спецназа, выпускник Рязанского десантного.

Глава 6.

Группа отошла уже довольно далеко, поэтому Сергею пришлось догонять ее в ускоренном темпе, и минут через двадцать он к ней присоединился. Расходившаяся было вьюга стала понемногу стихать, улучшая видимость и обеспечивая тем самым более ускоренное передвижение разведчиков.

В группе его никто ни о чем не спросил, – все и так было ясно. Большинство ребят, особенно те, кто постарше и знали Казанцева уже не по одному заданию, понимали, что командир намеренно освободил их от этой, мягко говоря, неприятной миссии и взвалил всю ее тяжесть на свои плечи.

Он выполнил, – как знать, – может быть, самую тяжелую в этот выход часть работы, а теперь необходимо было сосредоточиться непосредственно на поставленной перед группой задаче – организовать засаду на идущий с запада караван с оружием.

А это, как уже понял Сергей, по ходу движения осматривая местность, далеко не так просто.

Вскоре на их пути справа показался кишлак.

– Пастухов, скорее всего, хватятся только к ночи, – подумал Казанцев, – так что время у нас еще есть в запасе.

Сверившись с картой, он приказал головному дозору взять чуть западнее и назвал более точный курс. Через час вышли к дороге, которую хоть и припорошило упавшим сегодня снегом, но было все-таки явно видно, что она используется для прохождения техники довольно часто.

– Так и есть – это, скорее всего, именно та, которая нам и нужна, – произнес вслух Казанцев и приказал радистам развернуть станцию. Сам же, пока радисты пытались выйти на связь, составил криптограмму с необходимой для Центра информацией и, подозвав Орлова, дал дополнительные указания по организации привала.

Снег совсем перестал идти, и ветер, разогнав облака, тоже стих.

Видимость до самого горизонта установилась более-менее нормальная, но нигде, от кишлака и до самой границы, какого-нибудь подходящего места для организации засады видно не было. Зная, что рельеф на расстояниисливается на равнине, скрадывая все неровности и ложбины на местности, Казанцев для более тщательного осмотра выслал в одну и в другую сторону дороги два разведдозора, а сам с Орловым стал более внимательно в бинокль осматривать округу.