Удаганка

Он после бурана поехал своих оленей искать, которые от стада отбились в снежной метели. Вместе с оленями и тебя нашёл.

– Точно! Вспомнил, – напрягая память Тимофей вспомнил оленей, северное сияние и нарты с якутом. – Он мне ещё запрещал на северное сияние смотреть, – Тимофей улыбнулся измученной улыбкой.

– Хвала тебе, Танара! – Алгыстаанай, скрестив руки на груди, прикрыла глаза. – Я сначала подумала, что ты памяти лишился, а теперь понимаю, что сознание терял неоднократно. И немудрено: столько крови лишился, да и истощённый ты какой-то, как из концлагеря.

Ну что, давай посмотрим, что тут нам привёз Толлуман.

В мешке была замороженная рыба: пелядь, таймень, хариус, муксун – немногое из того, что ловилось в местных реках. В плетеной корзине лежали куски запеченного мяса, по виду оленина и говядина. Из узелков извлекли якутские кровяные деликатесы хаан – говяжий, либо конский ливер, заполненный кровью, в молочной смеси, попросту говоря, якутская кровяная колбаса. Также в узелке был сорат – простокваша, приготовленная из коровьего или конского молока.

Алгыстаанай обрадовалась, когда увидела в одном из узелков чохоон – масло, сбитое с молоком и ягодами, йеджегей – творог и сюмех – сыр.

– Хвала Танаре! – воскликнула Алгыстаанай, опять сложив на груди руки. – Какие богатства… Тимофей, ты только посмотри на это. Глазам своим не верю!

Скрипнула входная дверь, и в комнату вошла Аглая. От удивления Тимофей подумал, что померещилось от обессилевшего состояния.

– Ну надо же! – воскликнула удивленно Аглая. – Откуда такое богатство?

Девушка подошла к столу и бесцеремонно отломила кусок сыра. «Не померещилось», – подумал Тимофей глядя на гостью, прикрывшую от удовольствия глаза.

– Толлуман привез, – с довольной улыбкой на лице сказала Алгыстаанай. – Садись к столу, покушаем гостинцев.

– Вовремя ты ушёл, – с набитым ртом Аглая посмотрела на Тимофея. – Эти малохольные такую драку затеяли, другие стали их растаскивать, так и им досталось.

С десяток мужиков точно к драке приобщились, лавку сломали, хорошо хоть тарелки да кружки алюминиевые. Так бы и дрались до сих пор, если бы Эрхаон за керосином не пришёл. Он-то уж сходу усмирил всех.

– Кто такой Эрхаон? – с интересом и нотками недоверия спросил Тимофей. – Как он один смог усмирить толпу?

– Богатырь наш местный, охотник, – ответила Аглая.

– Чтобы один десяток уложил? Не верю, – не унимался Тимофей.