Оборотни

С нелегким сердцем переступил я порог избушки мельника. Печенкой чуял, готовит Анютка какую-то пакость.

Мяса нам досталось по нашим, по кошачьим запросам всего ничего. По полкило говядины и той с костями. Впрочем, сожрали мы говядинку с огромным аппетитом.

– Пойдемте, постелю вам в сарайчике. Вам же надо от беготни по лесу отдохнуть. Да у барыни сама вижу, ранка на боку. Надо зализать. Да это ты граф и сам прекрасно сумеешь сделать, вон какой у тебя язычище.

Я сидел на половичке в кухне, высунув язык, и плохо соображал, что плетет моя бывшая любовница.

Разморило в человеческом жилье. Заснуть бы и проснуться снова дома, на человеческой постели. И слуга приглашает: пожалуйте ужинать барин.

– Ну, иди, иди граф. Не цапай меня когтями, у меня когти почище твоих есть. Хочешь, покажу?

Анютка вела нас, шатающихся от усталости. В сарайчике было постлано сено, приятно пахло летом и солнечными деньками. Мы спали с Полинкой, прижавшись друг к другу боками. Нам снились чудесные сны.

Что-то словно толкнуло меня посреди сна.

Не спите граф. Наспите себе новую беду. Сходите-ка лучше на разведку.

Полинка спала, раскинув лапы и сопела во сне. Типичная рысь, ничего в ней нет от той блондиночки, которую я любил и люблю. Пусть спит, я проберусь в дом и проверю обстановку. Вот пассаж, дверь-то в сарай оказывается заперта. Это подозрительно. Попытавшись пару раз отворить дверь силой, я убедился в тщетности попыток.

– Что Боря, нас заперли? Голос Полинки был сонным и напоминал мурлыканье домашнего кота.

– Заперли. И боюсь, что это не к добру.

– Мне твоя знакомая сразу показалась подозрительной. А знаешь, что я вспомнила во сне.

– ?

– Нет, не то, что ты подумал. Но я вспомнила, как превращаться в кота. И обратное превращение отлично вспомнила. Жаль, что для рысей оно не подойдет.

– Котом, говоришь, стать. Я посмотрел на крохотное оконце сарая. Как раз пролезть кошке. Рыси тут и не стоит соваться, даже голова не пролезет.

– Превращай-ка меня в кошку.

Я не верил в возможности моей жены.

Я никогда не видел, как превращается один зверь в другого. Волк оборотень не в счет. Полина что-то шептала, урчала про себя и делала смешные пассы неподходящими для заклинаний звериными лапами. И ведь получилось господа! К удивлению моему получилось. Грязный пол сарая стремительно приблизился ко мне. Все выросло вокруг меня. Те же кошачьи лапы, но лапы мелкого зверя. Я кот. Как я понял большой серый кот. Полина сказала, что я довольно красивый кот.