Финская война. Бастионы Лапландии

Наша же группировка выдвигалась на северо-запад, в сторону Савукоски, а оттуда сворачивала на юго-запад с целью захватить Пелкосенниеми и, повернув на юг по реке Кемиёки, взять в клещи основные силы противника, дислоцированные в районе Кемиярви.

Нам предстояло, оторвавшись от основных сил дивизии, преодолеть около ста шестидесяти пяти километров по вражеской территории, преследуя отступающие части противника, в составе всего лишь одного Мурманского горно-стрелкового полка, в действительности состоявшего из одного батальона пехоты усиленного полковой артиллерией, разведбата и нашей отдельной лыжной роты.

Перед началом наступления майор Коломиец, командир горно-стрелкового полка, будущий командир легендарной Полярной (Дикой) дивизии, собрал начсостав вверенных ему подразделений, куда вызвали и меня как исполняющего обязанности командира лыжного отряда. Основная задача, которая мне ставилась, это не допустить скрытного проникновения крупных сил противника на левом фланге наступающей группировки…

Оказавшись в расположении штаба, я заодно заскочил повидаться с Таней, старшим военфельдшером нашего медсанбата, с которой познакомился ещё летом во время жарких боёв на Халхин-Голе.

– Надолго? – спросила она тихим измученным голосом.

– Пара часов есть… – ответил я, прижав к себе хрупкую девушку в накинутом на худенькие плечи полушубке.

– Пойду отпрошусь… – сказала Таня заметно повеселевшим голосом и нырнула под полог санитарной палатки. В провизорской было довольно зябко, но в объятьях друг друга мы этого почти не замечали, расстелив мой полушубок на каком-то здоровенном ящике с медикаментами. – Я слышала, вас направляют в обход вместе с 273-м горно-стрелковым. Смотри там осторожней, а то пропадёте, как римские легионы в Северной Британии, – встревоженно произнесла девушка, неестественно сильно сжав мою руку своими тонкими пальцами.

– Откуда такие сведения? Я сам только сейчас в штабе узнал, – слегка наигранно удивился я.

– Так Коломиец заходил, а как ушёл, так Машка и разрыдалась. Ну мы и расспросили… – прошептала Таня, нежно касаясь горячими губами моей небритой щеки.

– А про римлян откуда такие познания? – переспросил я, расстёгивая ворот её гимнастёрки.