В поисках чуда

Окончил с золотой медалью, тут понятно, дальше, мастер спорта по вольной борьбе, во это интересно, теперь понятна его манера двигаться, дальше характеристика с места учебы, весь такой положительный, а это интересно – травма, компрессионный перелом спины, пропустил год занятий в школе, спорт закончился, дальше эссе, вступительные испытания, ответа на вопрос нет, почему на юридический и еще на кафедру уголовного права, отсюда выходят или адвокаты или прокуроры обвинители.

По всем данным похоже лучше ему было идти на тренерскую работу и поступать на спортфак.

– Нашла, что искала, – спросила Марина.

– Даже не знаю, вот новый студент, – она показала на фотографию в личном деле, – бывший спортсмен, ему бы на тренера идти учится, а он на юриста.

Марина посмотрела на фотографию, прочитала фамилию и улыбнулась:

– А ты не поняла?

– Что не поняла?

– Еще раз на фамилию посмотри и отчество.

И тут ее осенило – он был сыном самого знаменитого следователя прокуратуры Баринова Сергея Ивановича, имя которого знали все, кто мало-мальски связан с уголовным правом, учился или работал в академии.

– Вот я дура не внимательная, еще доцент, кандидат, – они засмеялись.

В этот момент в дверь постучали и в кабинете появилась лохматая голова Михаила Баринова:

– Здравствуйте, Марина Олеговна, я принес справку, что вы просили, – сказал он подходя к ее столу.

Тут своим взглядом он поймал глаза Арианы, не сколько не удивившись увидев ее здесь, перевел взгляд на папку в ее руках, и улыбнулся как бы одними глазами, не отражая эмоций на лице, – Добрый вечер, Ариана Альбертовна, приятно вас снова увидеть сегодня.

– Добрый вечер, – она быстро положила папку на стол прикрыв сверху первой попавшийся тетрадкой, сделав вид, что внимательно читает, ну почему этой тетрадкой оказалась инструкция к мотоблоку, кому здесь вообще понадобилась изучать устройство мотоблока, до нее медленно начало доходить, что она сидела за пустующим столом завхоза, и удивляется было нечему.

– Если вы выбираете мотоблок, то лучше обратите внимание на немецкие, у них редуктор прочнее, – сказал Михаил, кивнув на инструкцию, – Вот эти питерские слабее. И в эксплуатации капризнее.