Три поэмы про любовь в эпоху постмодерна

– Дорогая, хочешь лёд?

– Давай, Маш.

– Извини, я не люблю эти трубочки.

– Я тоже, Маш.

– Вот чувствуешь, там ромашка, шалфей, тимьян. Как выпью, так хорошо в желудке. И кишечнику помогает. Я, конечно, не покупаю эту роскошь, у них всё остаётся на столе. У меня там в кладовке запасов на год.

Она рассмеялась. Да и у меня стало легко и просто на душе после первого же стаканчика. Словно окутало мягким пледом в эту мерзкую погоду. Я рассказала о случае с собакой на берегу.

– Максим он такой, затворник.

– Да, он не похож на младшего брата. Да и на сестру тоже.

– Ведь это я вырастила Максима, – призналась она. Оказывается, Маша в этой семье очень давно.

– Остался без матери в два года, – сказала, как пропела.

– Они с теперешней женой дом строить затеяли, тот, где ты сейчас. Нас с Пашей приглядывать за стройкой наняли. До этого у них тут дачка небольшая была, и у нас тоже домик рядом. Они по гастролям своим, а Максим на даче, со мной.

Я расспрашивать не решилась, просто сделала удивлённые глаза.

– Чего в жизни не бывает! – повторяла каждую минуту.

– Не то что она была шалавой…

Я поняла, что она так и думает – шалавой.

– Да ведь и Бак не подарок.

Она так и назвала его по кличке – Бак.

– С кем спуталась? Не знаю, говорят, уехали за границу. Ничего больше неизвестно с тех пор. Бак вскоре опять женился, кажется, удачно, до сих пор живут.

Она подлила из графинчика этой смеси. В комнату вошёл её муж.

– Ну что, развёз господ? Налей себе чего хочешь, сам знаешь где.

– Я ваш компот не буду.

Паша достал другую бутылку. Налил полную рюмку, выпил, закусил солёным груздем.

– Избалован, вискарь принимает.

Они сидели рядышком счастливые.

– Паш, а откуда у Максима собака?

– Шут его знает. Может, от какой бабы осталась, он их каждый месяц меняет.

– Собак? – спросила я.

– Баб, – просто ответил Паша.

Но тут пришёл Максим

Есть такие удобные компьютерные кресла, в которых чем больше сидишь, тем больше хочется работать. Особенно когда за деньги. Но выдумывать банальности для блогерш тоскливо даже в белом кресле от Квин, даже среди кнопок, лампочек и пультов, напоминающих фильмы о звездолётах. Я доделала последние тексты для моих ленивых блогерш. Предупредила всех, что беру отпуск. Пусть помучаются, лучше ценить станут.