Три поэмы про любовь в эпоху постмодерна

– А у барабанов Игорь! От стучал, что ли?

– Стучал, когда я его от пульта отгоняла.

Катьке было весело от выпитого, от музыки, от моих рассказов. Видео закончилось, моё настроение упало.

– Ну ладно, Марин, глаза злющие. Давай за твоё светлое будущее.

Мы выпили.

– Балдею от тебя, в музыкалку вместе ходили, никогда бы не подумала, что ты поступишь на эти, как их там, твои аппараты.

– Летательные аппараты, Кать. Отец меня сагитировал, хорошо, что ушла на третьем курсе, взяли на радио, голос им понравился.

– Да уж знаю эту историю. Тебя туда этот хлыщ утащил. Завидовала, а ты, сучка такая, его на Игоря променяла!

– Да, тогда мы с ним резко начали, подвал нашли, какую студию отгрохали!

Чтобы прекратить эту тему, достала бутылку, хрустнула пробкой.

– А где тоник?

Мы мешали тоник с дешёвым коньяком, который она принесла.

– На кухне, в маленьком холодильнике.

Пока она хлопала холодильником, стучала тарелками, я соображала мейл дочке Бака. Файлов оказалось слишком много, пусть приходят разбираются сами.

– Кать! Ты где застряла?

Катя пришла с подносом еды и бутылкой тоника в другой руке.

– Как лучше закончить письмо Коровиным – с уважением ваша или искренне ваша?

– Напиши навеки ваша!

Съехидничала она.

Всё смешалось в моей квартире. Шум пылесоса и множественные кучки всяких вещей, которые я собрала по углам. К вечеру был достигнут идеал, который затмил предновогодний. Звонок, понеслась открывать двери, услышала в домофоне знакомый баритон:

– Мы приехали.

Да, это был он, Бак. Вошёл первый, сзади девушка, очевидно, его дочка. Слегка постарел, но возраст харизмы не испортил.

– Добрый вечер, Марина!

О! Голос! Совсем не изменился. Я засуетилась, усадила их в гостиной, поговорили ни о чём минут пять.

– Бак, все файлы в той комнате, на аймаке.

Я включила ему лампу, он придвинул кресло на колёсиках, надел наушники и погрузился в поиски. В папке сотня файлов в диком беспорядке.

Мы с его дочкой ушли на кухню.

– У вас так уютно, – проворковала Настя, когда мы уселись за стол. Положила на блюдце все джемы, вареньица, лепестки роз в сиропе рядом с моими фирменными кексиками.

– Умм, как вкусно.

– Я их пропитываю ромом.

– А что случилось с вашей студией, отчего вы её закрыли?

– Это не мы закрыли, это закрыла я.