В аду деньги не помогут

– Какой бы ещё подвиг совершить?

Я потряс фужер, слизнул последнюю каплю, с сожалением посмотрел на дно.

– Через такой же вонючий закоулок проберёмся в один отельчик. Не забыл немецкий?

Боб знал этот язык и считал себя большим экспертом по шнапсу.

На самом деле надо убить время до отправления парохода. Лет сто назад на этом паровике возили припасы фермерам, а обратно – овец на аукционы. Прошли времена дорогого сукна, палубы отмыли от навоза, теперь возят туристов. Давно хотел прокатиться, да не было повода.

Теперь есть – показать Бобу озеро.

Перед входом в бар из автобуса вывалилась толпа розовощёких людей со сноубордами и лыжами. Гремели неуклюжими пластиковыми ботинками, вытряхивали снег из карманов. Я чувствовал себя неловко в цивильной одежде среди разноцветных курток и штанов. Хотелось быть как они.

Шнапс однако Бобу не понравился. Мы вышли и побрели по набережной выпить английского чаю в беседку Её Величества Виктории.

Под ногами шуршит рыжая листва. Здесь вся зима как поздняя осень.

Воздух прозрачный, вода голубая, вершины снежные. Деревянные кружева и железная корона на крыше видны издалека.

– Cup of tea for two, please[1 - Чашку чая для двоих, пожалуйста.], – попросил я.

Скромная просьба обернулась двумя полными подносами. Стол уставили фарфором: чайники, чашки, блюдца, молочники и много чего ещё неизвестного назначения. В такую погоду хороший чай с видом на озеро, пожалуй, лучше шнапса. Я макал сконы в сливки, Боб мазал джемом. Со стороны гор прибежало случайное облако, громко застучал дождь по жестяной крыше.

Длинно засипел гудок, пропел ещё три раза басом. Постояли на носу, посидели на верхней палубе, заскучали и пошли в буфет. На моё счастье у них была водка и даже не «Смирнофф», а «Русский стандарт». Заказать водку тут непростое дело. Рыжая девушка за стойкой оказалась понятливой, но чутьё меня не подвело: она уже было собралась бросить лёд, но я затряс ладонью …No! No! No!..

Мы громко чокнулись двойной порцией, залпом выпили.

Барменша с застывшей улыбкой смотрела, как я зачем-то понюхал рукав, а Боб громко крякнул от удовольствия.

Пароход замедлил ход, осторожно обогнул Вальтер-пик, матрос ловко бросил верёвку, туристы высадились. Их увели на ферму показывать аттракционы с пастушьими собаками и стрижкой овец. Потом им предстоял ужин в доме полковника, со свечами и камином. Мы не стали сходить. Наш план поплавать по озеру туда и обратно.

Вечерело, налетал пронизывающий ветер.