Печать безмолвия

Я находилась в предвкушении, ум судорожно перелистывал безумные варианты развития событий, пока я не остановилась на одном из них, припарковав машину у ювелирного магазина. Пассажир вопросительно посмотрел на меня. Я не заглушила мотор, жестом указав, что он должен перебраться на мое место. Сама достала из бардачка темные очки, по очертаниям напоминающие крылья бабочки, и, цокая каблуками, полетела на мерцающий свет, искрящейся отблесками драгоценных камней в витрине.

У меня было достаточно денег, чтобы оплатить любую покупку, но это меня не вдохновляло.

Я устала существовать в рамках правил и ограничений.

Почувствовать полную свободу – вот, что мне было нужно.

Девушка за прилавком была одна. Я жестом указала на бархатный планшет для демонстрации браслетов. Белое золото с переливающимися бриллиантами манило, а предвкушение поступка за гранью щекотало всплесками адреналина. Продавец помогла мне застегнуть два варианта на запястье левой руки, и когда та отвлеклась на телефонный звонок, я успела надеть еще один браслет и спрятать его повыше на предплечье, прикрыв рукавом плаща.

Сердце неистово барабанило, меня бросало то в жар, то в холод – это происходило внутри. А снаружи я невозмутимо разглядывала украшения, всем видом показывая, что они мне не по душе. Девушка закончила разговор и вернулась ко мне.

Я протянула ей запястье, помотала головой, скривив губы. Она послушно сняла не понравившиеся украшения, не заметив туза в рукаве, который буквально обжигал кожу.

– Могу я вам еще что-то предложить? – спросила она ненавязчиво.

Я ответила вздохом разочарования, приложила кисть к сердцу в знак благодарности за помощь, развернулась и не спеша пошла к выходу. На улице я ускорила шаг, влетела на пассажирское сиденье и дала пианисту отмашку на старт.

Но тот не сдвинулся с места.

– Тут такое дело, у меня прав нет… – пробормотал он.

Ты серьезно? У меня тоже их нет, но разве это кого-то когда-то останавливало?! – мне хотелось съязвить ему в ответ.

На деле же я приподняла солнечные очки, оголив говорящий взгляд, который кричал: Гони! Остальное неважно.

Машина медленно выкатилась на проезжую часть и поползла к перекрестку, где горел дьявольский глаз светофора.

– Ты что-то украла? – осторожно спросил пианист, воспользовавшись вынужденной заминкой.

Я встряхнула рукой, позволив браслету спуститься к запястью, и положила ладонь ему на колено, демонстрируя блеск камней.