Блейд. Книга 2

Продолжая смотреть в сторону, он холодно ответил:

– Если ты за сегодня закончишь со всеми своими делами, с завтрашнего дня можешь быть свободен на две недели. Если нет, сам понимаешь…

– Я всё закончил! – эмоционально и слишком быстро заговорил Леонидас, хватая бумаги, которые просматривал до прихода Блейда. – Ну, почти всё… Я сегодня всё сделаю! Если что, я спать ложиться не буду…

– Спать ложиться надо, – сухо ответил блондин. – Иначе ты рискуешь лечь на соседнюю с матерью койку.

– Тогда, лягу, – быстро согласился брюнет.

Он сейчас был готов согласиться на всё.

Блейд помолчал немного, тихо прищёлкивая пальцами левой руки, смотря куда-то в сторону. Подумав, он произнёс:

– Тогда, Леонидас, я останусь сегодня здесь. Как только закончишь, принесёшь мне всё на проверку. Если меня всё устроит, я отпущу тебя. Но, – он взглянул на брюнета тяжёлым и холодным взглядом, под которым парень съежился, – у тебя будут только две недели. Четырнадцать дней. Не больше. Задержишься хотя бы на полдня – можешь не возвращаться.

– Хорошо-хорошо, – вновь затараторил Леонидас, от эмоций мешая немецкий и родной испанский язык, на что Блейд слегка поморщился. – Но… – он резко сник, даже побледнел и начал говорить тише. – Блейд, а, если маме станет хуже… я же должен буду остаться на более продолжительный срок…

– Не хорони мать раньше времени, – сухо ответил Блейд, не смотря на подчиненного. – Думаю, у тебя есть деньги, чтобы оплатить ей хорошее лечение.

– Но… – попытался что-то сказать в ответ Леонидас, но Блейд, скривившись, грубо перебил его:

– Всё, достаточно.

Не трать время на слова. Лучше работай.

Блондин встал и направился к двери, оборачиваясь у порога и добавляя:

– Я буду у себя в кабинете. Придёшь, когда всё будет готово.

Сказав это, Блейд вышел из комнаты, не дожидаясь ответа подчиненного. Леонидас остался сидеть с приоткрытым ртом, смотря на закрытую дверь, за которой скрылся тот, чьё слово было законом. Можно сказать, что он был новичком в данном бизнесе, он пришёл в него практически одновременно с Блейдом.

Он не был трусом, у него была горячая кровь и бойкое сердце, но своего начальника брюнет боялся до дрожи в коленях. И он не мог себе назвать какую-то конкретную причину своего страха и трепета. Эти чувства просто были. В Блейде его вводило в оцепенение всё: начиная от тона голоса и заканчивая взглядом. И, пусть Леонидас часто корил себя за такие эмоции, но, порой, они переставали видеться чем-то плохим и постыдным.