Первое прикосновение

Он не вставал и не уходил, хотя заявил, что у него есть дело, и Крис интуитивно понял, что он и есть это «дело». Решив, что откладывать казнь глупо и малодушно, Кристофер поднялся и, осторожно взяв свой поднос со стола левой рукой, понес его в зону сдачи.

– Я помогу, – сказал Север и забрал поднос, поставив сверху своего. – Не убегай, надо поговорить.

Дождавшись Севера у выхода из столовой, Кристофер пошел за ним, отставая на шаг. Кроме вывихнутого плеча, мужчина не обижал Криса ни до, ни после этого, но тот все же теперь его опасался.

Где-то на полпути Север свернул в коридор, ведущий к комнатам ремонтной бригады, и парень пошел за ним. Не хотелось проверять терпение Томаса, не хотелось расхлебывать последствия его злобы. В коридоре было пусто: ни охранников, ни заключенных. Север остановился и оперся спиной на стену.

– Итак. Покажи мне свою метку.

Просьба была слишком личной. Если человек не демонстрировал свою татуировку Судьбы, то и просить ее показывать, не будучи в близких отношениях, было табу.

Но они были в тюрьме, а тут не было почти никаких правил. Кроме тех, что установили те, у кого была власть.

– Я не хочу, – признался Крис, но левая рука уже принялась медленно расстегивать пуговицы на комбинезоне. Он подчинился приказу снова, действуя на инстинкте самосохранения, усвоенному с детства: не зли, и тебе не сделают больно.

– Почему не хочешь? – поинтересовался Север, но не остановил парня. Крис продолжал раздеваться и не отвечал. Тогда мужчина сам предложил вариант: – Потому что она стала цветной?

– Откуда ты?.

. – Кристофер замер.

– После ситуации в душе, я знал, где твоя метка. И знал, что она черная, – объяснил Север. – А сегодня ты весь ужин к ней прикасаешься, значит, думаешь о ней. Что, самое очевидное, могло заставить тебя так беспокоиться? То, что метка стала цветной.

– Логично, – грустно усмехнулся Крис.

Он подцепил футболку и потянул ее наверх. Полностью метку не было видно, так как комбинезон с правой руки было не снять из-за повязки. Но то, что слово «Месть» больше не черное, было сразу видно.

Север сделал шаг вперед и наклонился, рассматривая татуировку. После чего он, не спрашивая разрешения, распахнул комбинезон шире, чтобы видеть весь живот Кристофера.

– И я даже не знаю, кто мой соулмейт, – сказал Крис, нервно посмеиваясь, чтобы тишина больше не давила на уши. – Знаешь, сколько я людей перетрогал с момента последнего похода в душ? Сотни? Тысячи?

– Ты не знаешь? – удивился Север.

– Нет.