Ангел с человеческим сердцем

Если бы между вами были открытые разговоры на болезненную тему, происходил бы обмен энергией, а не ее потеря… Восполнять ее очень трудно и в основном это происходит во сне. Для обычных людей сна достаточно, чтобы восстановить баланс, а для вышеперечисленных и тебя в том числе, существуем мы – Хранители. Нас присылают для контроля и поддержки уровня вашей энергии. – Хранители… – растерянно повторила за ним, – Но ведь моя мама воспринимает потерю отца хуже меня! – возразила я. Мой разум сопротивлялся как мог. – У твоей мамы пока еще есть свой Хранитель, – произнес он, и я тут же переспросила: – Что значит «пока еще»? – захотелось, чтоб маму никогда не переставали охранять, может, тогда я буду спокойнее относиться к ее безопасности.

 – Когда ей исполнится пятьдесят – она перейдет грань и перестанет интересовать вампиров, поскольку энергия потеряет первоначальный вкус и аромат. – То есть на нее не будет охоты? – Точно, – он улыбнулся, и от этой улыбки у меня в который раз все внутри перевернулось. – А чем питаешься ты? – сама удивившись своему интересу, спросила я.  – Лунным светом… – он с интересом заглянул в мои глаза, снова ожидая реакцию. – Я что сплю?! Почему я все это знаю? Должна же жить спокойно и не знать о вашем существовании… Неужели мама тоже знает о существовании ее Хранителя? – я была взвинчена, и слова рвались из меня так быстро, что не успевала их обдумывать. – Конечно, нет! – воскликнул он, – Я и сам бы рад знать, почему ты нас видишь. Думал, что делаю что-то не так, ведь работаю всего три года, но потом узнал, что дело в тебе. Твой прежний Хранитель сказал, что ты видела и его тоже. – Видела прежнего Хранителя? Кто он? – меня распирало любопытство, и я на время даже забыла, о чем мы с ним вообще ведем разговор. – Это не моя тайна, я не имею права тебе ее рассказывать. В голове все перемешивалось и завязывалось в трудно распутываемые узелки. Я поняла, что за один раз узнать все, что мне интересно, не получится. – Ты рискуешь, рассказывая мне все это? – спросила заинтересованно. Не хотелось думать, что у него могут быть проблемы. – По правилам – весьма, но раз все тихо и никто еще не пришел за мной, значит, пока не знают. Как только узнают – ты все забудешь. Ты меня забудешь. – Тогда зачем ты все мне рассказал, если потом я все равно забуду? – думать становилось труднее, формулировать вопросы – тем более. – Чтоб тебе не было страшно! – рассмеялся он, – Поверь, не хотел пугать тебя вчера ночью – просто делал свою работу.