Сотворить себе врага

– Почему ты молчишь? У них кровь черная… Кто они?

– Понимаешь, Алик, все не так просто… Их нельзя убить как обычных людей…

Дани незаметно наблюдала за ним. Он шел, всего лишь немного прихрамывая, а через некоторое время и вовсе перестал припадать на ногу. Увлекшись разговором, парень не обратил на это внимания.

– Они не люди? – допытывался он.

– Не совсем. Они называют себя Террами… – Дани опасливо посмотрела на него, ожидая реакции,– Все Терры живут «на иглах», понимаешь, о чем я? Все их жизненные функции утроены в третьем поколении, плюс ко всему дозировки на усиление их же.

На них все очень быстро заживает, потому твой удар остался им незамеченным. Перерезав им горло, ты лишаешь их возможности дышать, а поскольку у них все во много раз быстрее, чем у людей, значит, и кислорода они потребляют, как минимум, вдвое больше и умирают в разы быстрее.

– А ты? Ты же тоже двигаешься как они…

Дани ненадолго умолкла, а затем быстро выдала:

– Да, отчасти я такая же.

– Ты что тоже принимаешь… – в его голосе помимо невообразимой усталости, сквозило разочарование.

– Нет…Я – Терра в третьем поколении – владею ускоренным движением, обонянием, сердцебиением и реакцией. Только и всего.

– Только и всего… – на автомате повторил Алик.

Они вышли из леса и разговор оборвался. Алик задумчиво смотрел на черную змейку дороги, уползающую вдаль.

***

Спустя полчаса безрезультатных попыток поймать попутку, им все же удалось остановить невзрачную машину и пожилой мужчина, согласившийся подбросить, под музыку пятидесятых отвез их в самый центр Лондона, навстречу вечерним сумеркам.

Ехали в гнетущей тишине.

Алик время от времени поглядывал на девушку, впервые за несколько дней отогревшуюся в чужой машине под мерным гулом допотопной печки. Ее глаза то и дело закрывались, но она боролась со сном до тех пор, пока Алик не притянул ее к себе ипозволил спокойно уснуть. Дани не сопротивлялась – дорога предстояла длинная.

Он чувствовал безмятежное забвение, глядя на спящую девушку и единственное, что нарушало гармонию в его душе – туманность ощущений. Время от времени он всецело терялся во мраке, окутывавшем его подобно тому, что наступает при въезде в туннель. А спустя секунды вновь становился зрячим и те мелочи, которые обычно остаются за кадром человеческого зрения, отчего-то теперь оказывалисьдля него доступными.