Иней – внук дедушки Мороза! Мифологическая фантастика

Подняла Черная Пурга злобой перекошенное лицо к Небу: «У-у-у…Замету-у-у…Завью-ю-южу у у! Всюду зиму лютую сотворю … У-у-у …"

И завыла Чёрная Пурга свою песню …

У-у-у …

Я – Пурга сильней всех в поле,

Потушу везде огни,

И на чёрных вьюгах – конях

Всё сумею замести!

У-у-у …

Я – жестокая! Я – злая!

И свирепей меня нет!

Чёрный цвет я обожаю,

Это самый лучший цвет!

У-у-у …

Мне не нужен Ясный Месяц!

И Луна выходит зря!

Ненавижу, когда светит

В Небе алая Заря!

У-у-у …

И Чёрная Пурга, в остроконечной чёрной шапке, украшенной чёрной бахромой, размахивая чёрными рукавами, с развевающимися по ветру полами своих чёрных одежд, и концами чёрного шарфа, закружилась на своих санях в неистовой пляске!

У-у-у! У-у-у! У-у-у …

Взвились на дыбы чёрные вьюги-кони, развевая чёрными своими гривами, застучали копытами по сугробам, вылетели из-под копыт чёрных вьюг-коней чёрные вороны, гнусаво каркая, понеслись под тучи и скрылись там! Заклубился вокруг Чёрной Пурги снег! Поднялся снежными столбами к серому, затянутому тучами, Небу! Понеслись снежные столбы по верхушкам гор, швыряя снегом в крутые скалы и бездонные пасти пропастей! Засыпая снегом все рвы и ямы, ровняя поверхность в белую обманчивую равнину…

Что ни шаг, всюду подстерегала всё живое лютая смерть на дне пропастей, которых теперь не видно от клубящегося в них и над ними снега! Сеет Чёрная Пурга всюду смерть, носится по хребтам высоких гор! Всё замела Чёрная Пурга пушистым рыхлым снегом, но никак не насытит свою злобу …

Посмотрела Чёрная Пурга вверх, плотно ли укрыли тёмные снеговые тучи Небо, не просвечивает ли где алый свет Утренней Зари, такой ненавистный для Чёрной Пурги.

А в это время снежинки, оставшись без снежных вихрей, стали покидать Заряничку, и без белого кокона из снежинок, Заряничка, становясь снова алым облачком, уже летела над Чёрной Пургой …

И увидела Черная Пурга Заряничку!

– У-у-у… – завыла Черная Пурга от злобной радости, распахнула рукав черных одежд своих, поймала и спрятала маленькую Заряничку вместе с крошечной тёплой искоркой, что при Заряничке была, глубоко в свой рукав, видя только одну Заряничку!

Суровые горные вершины были безмолвны, над ними даже не парили ни птицы, даже горных орлов и тех не было видно нигде в небе.