Суд Рейнмена

Ну и что делать бедным студен-там? Бутылки-то эта мадам все без разбора выкинула, и пустые, и не очень, не лезть же за ними в помой-ку. Тусовка накрылась, ночи впереди еще много, а душа горит, не хочется домой трезвыми идти. Ну, ре-бята вывернули карманы, наскребли двадцатку и пошли в тот же круглосуточный магазин. И как раз ко-гда они заходили, Белов им навстречу выходил, отоварившись. Он посторониться замешкался, и парни на него налетели, чуть об косяк не размазали. Мужик уже был хорошо поддатый, ну и полез разбираться.

И эти придурки пошли на вы. Как их пятеро на одного, так они и смелые. Вали, говорят, синяк, а то в ас-фальт закатаем. Белов в ответ начал, как написано в протоколе, «наносить ответное оскорбление путем употребления нецензурной брани». Уральский отвечал ему тем же. Я беседовала с его товарищами по группе и преподавателями техникума, и все мне сказали, что у парня был не рот, а помойка; изъяснялся он преимущественно матом. Так что беседа вышла содержательная. Белов обозлился, что пацаны совсем с цепи сорвались. Уральский на взводе был: он у девчонки с ее матерью заспорил, когда она их выгоняла, огрызаться начал, и дама его огрела шваброй по спине при всех его друганах… Потом Белов пихнул Уральского так, что тот вылетел обратно на крыльцо и шлепнулся на задницу, и дискуссия продолжалась на вольном воздухе. И тут откуда ни возьмись проскакивает высокий парень в черной одежде, с закры-тым лицом, вписывается между ними, делает разворот и смывается, а Белов с Уральским падают, истекая кровью: у обоих перерезаны сонные артерии. Дружки Уральского от ужаса опупели, продавщицы из ма-газина верещат, кто-то из покупателей в милицию звонит, кто-то «скорую» вызывает, но врачам только и довелось, что констатировать летальный исход у обоих.

Второй раз он объявился 18 апреля в 20.10 на городской набережной. Вечер был пасмурный, и в во-семь часов уже было темно, как глубокой ночью.

И тоже дождь лил как оголтелый. Жертвой стал Стру-гальский Д.А., грузчик из ресторана-поплавка «Глиссер». В тот вечер он получал оклад за полмесяца; двадцать процентов хозяин ему вычел за систематические опоздания. Стругальский разобиделся, начал права качать, требовать выплатить все деньги. Хозяину это надоело: вечером у ресторана самая работа, и в тот вечер многие от дождя у них спасались, а тут пьяный дурак разбуянился.