Напиток забвения

Напиток забвения

Вандор Хельга

Студент-физик Юрий, испив Напиток Забвения, полностью забыл о себе всё – таким оказалось условие его возвращения в наш мир из Альвийского. Каково же было изумление его знакомой Марьяны: её бывший возлюбленный остался таким же юным, как и прежде. А ведь прошло уже целых двадцать лет! Как Юрию удалось сохранить свою молодость, кто поставил под угрозу его жизнь, и кто помог незадачливому студенту начать совершенно новую – вы узнаете из этой книги.

Вандор Хельга

Напиток забвения

Глава 1

Правы те, кто утверждает, что можно бесконечно долго смотреть на бегущую воду.

Марьяна Львовна, главный лесовод заповедника, именно этим и занималась, сидя на тёплом камне на берегу горной речушки. Перед этим она подошла к воде, чтобы напиться и засмотрелась в неё. Вода, тихо журча, прибывала из своих неведомых странствий и бежала дальше, в неизвестность. Не зря, видимо, древние отождествляли речной поток с потоком Времени… Действительно, где-то там, в затерявшихся истоках одного из ручейков, осталось время её, Марьяны, юности… И юноша, назвавший её русалкой, остался тоже там, у истоков Времени…

Женщина вздохнула и поднялась.

Подошла к ожидавшему её на берегу Орлику и легко вскочила в седло. Нельзя дважды вступить в одну реку – это тоже утверждали древние. Жить, творить добро и постоянно искать смысл своей жизни – вот то, чем человек отличается от всех других созданий на земле…

Марьяна Львовна объезжала кордон как обычно, верхом.

В свои тридцать шесть она всё ещё была стройна и привлекательна. Может потому, что так и не вышла замуж, следовательно, бессонные ночи из-за детских болезней и прочие неприятности не наложили на неё свой отпечаток.

Теперь она жила одна. Христина Петровна ушла тихо и покойно – однажды просто не проснулась утром. А её прозвище, или, точнее, статус – мольфарка – теперь перешёл к Марьяне, хотя она-то прекрасно понимала, что никакая она не мольфарка, колдунья, то есть. Так, немного лечила травами, кому-то помогала советами, кому-то вселила надежду, а людская молва приплела всякую небывальщину и разнесла окрест.

Но сама-то Марьяна понимала, что не в ней дело, а в людях, в них самих, в их вере. «По вере вашей да будет вам…» Правда, иногда с ней случались необъяснимые вещи, но предугадать их было невозможно – это не зависело от её намерений или от желания.

Орлик шёл тихим шагом. Вдруг он насторожился, и тут же Марьяна услышала беззаботный детский смех.