Айза

Затем, уже чистая, она растягивалась на траве где-нибудь в укромном уголке, чтобы насладиться обильным завтраком, который приносила Аурелия: типичные креольские лепешки, начиненные сыром вперемешку с канарским гофио[11 - Гофио – мука из поджаренных зерен.], обнаруженным ими в одной лавчонке, которой заправлял выходец с Ла-Пальмы. В это время они строили планы, как наконец-то получат документы и смогут подыскать себе пристанище в другом районе города, где Айза будет избавлена от необходимости влачить существование добровольной затворницы.

– Если бы вы позволили мне работать, дело бы пошло быстрее! – настаивала она. – Я чувствую себя совсем никчемной!

Однако Себастьян, который по праву старшего сына без споров стал главой семьи, был категорически против, и его поддерживали мать и брат:

– Нет, пока мы не переедем и не узнаем лучше здешнюю жизнь. Это тебе не Лансароте, я постоянно слышу о том, что пропадают девушки. Одних насилуют и убивают, других увозят в публичные дома на нефтепромыслах или переправляют в Колумбию и Бразилию.

– Я не ребенок!

– Да! – сказал Себастьян. – К несчастью, ты не ребенок, однако и это не наш мир, и нам еще неизвестны здесь все входы и выходы. Люди приезжают отовсюду, есть и не только бедные эмигранты вроде нас, желающие одного – заработать на жизнь и вырваться из нужды. Вместе с крестьянами, рабочими и изгнанниками просочились воры, убийцы, аферисты и сутенеры, по которым плачут все тюрьмы Европы.

– А кто такой сутенер? – поинтересовалась его сестра.

– Человек, который охотится за девушками, чтобы превратить в проституток, – вмешалась Аурелия. – Такого, слава богу, на Лансароте не водилось.

– Как человек может заставить женщину заниматься проституцией против ее воли? – удивленно спросила Айза. – Я этого не понимаю.

– Я тоже этого никогда не понимала, однако это так, – убежденно сказала мать. – Они накачивают их наркотиками, спаивают или избивают, точно не знаю, но такое было всегда, и Себастьян прав: этот город небезопасен, и, пока мы в нем не освоимся, нам придется держать тебя на привязи.

– Но ведь другие девушки…

Аурелия Пердомо не дала ей закончить, мягко погладив дочку по лицу.

– Ты не такая, как другие девушки, Айза, – сказала она. – Мы обсуждали это много раз. Мужчины испытывают к тебе сильное влечение, и это принесло нам слишком много проблем. – Она слегка улыбнулась.